Книга По краю земли, страница 114 – Катерина Ромм

На ночь они всегда останавливались в гостевых хижинах – денег пока что хватало. Эргард дал им с собой карту северных округов и обвёл кружочками трактиры и деревни, где сам когда‐то останавливался. Так они и шли: от хижины к хижине, стараясь не задерживаться на дороге после наступления темноты.

Комнату обычно снимали одну на троих или спали в общих залах вместе с торговцами попроще. Такие вынуждены были таскать товар на себе, без лошадей, – нередкое зрелище на севере. В каждом втором трактире имелись бани, и было особым удовольствием завалиться в натопленную парную после долгого пешего перехода.

Однажды Фелтон уснул так рано, что Айлек и Венда отправились в баню вдвоём. Кроме них, там никого больше не было. Завернувшись в простынь, Айлек глядел сквозь толстое мутное стекло на показавшийся сегодня «солнечный пик» Сой и размышлял, забирался ли кто‐то на самую вершину. Это казалось невозможным.

Травник вздрогнул, когда его голую шею что‐то царапнуло. Венда рассмеялась, выныривая из-за спины Айлека с дубовым веником. Айлек бессознательно прижал ладони к сухим листьям. Дуб, могучий дуб!.. Энергия всё ещё теплилась в связанных веточках. Особенно там, где их только что держала Венда.

Айлек поднял глаза на девушку. Она раскраснелась, отросшие волосы, собранные в короткий хвост, растрепались на плечах. Шейные косточки – тоньше дубовых веточек – казались такими хрупкими. Но сила, исходившая от Венды, с лихвой перекрывала это впечатление. Сила наполняла баню и окутывала Айлека, заставляя его сердце биться чаще.

— Я… – хрипло выдавил он. – Я тебя…

«Обожаю. Растворяюсь в тебе. Дышу тобой».

Силы было слишком много для него одного, и она комом встала в горле.

— Я тоже люблю тебя, – прошептала Венда.

Она поцеловала его в щёку, и Айлек неловко обнял горячую спину. Ему хотелось глядеть на Венду со всех сторон, наклоняя голову то вправо, то влево; хотелось изучать сияние в глазах-льдинках; хотелось говорить с ней о вечном и важном. А вот обнимать её – нет, он ведь не собирался… Айлек попытался отстраниться, но Венда только крепче прижалась к нему. И он застыл, нелепо задрав локти, опасаясь прикасаться ладонями к пылающей коже девушки. Казалось, ещё немного, и Венда спалит его своим огнём.

Она ждала. Губы Венды тщетно искали встречи, однако Айлек не мог заставить себя склонить голову. Его взгляд был прикован к пику Сой. В голове всё спуталось от горячего пара. Айлеку мерещилось, будто он уже там: на самой вершине, на краю земли. Это видение наполнило его сдержанной уверенностью и счастьем, в сердце разлился покой. А вот сердце Венды дрожало от нетерпения – и не находило отклика.

Наконец она отстранилась и демонстративно отвернулась. Поправила простынь и сложила руки на груди. Обиделась…

Айлек понимающе кивнул. Пусть Венда сердится сейчас, но он‐то знал, что дальше всё будет хорошо. Ведь они идут дорогой солнца.

Вокруг было поразительно тихо. Огромные ели вставали стенами по обе стороны от тропинки и скрадывали все звуки, кроме задорного плеска редких горных ручьёв.

В этой тишине отчётливо было слышно, как падает снег. Фелтон прежде и подумать не мог, что у снега есть звук. Откуда ему взяться, если снежинки такие лёгкие – легче пушинки? На его ладонь они ложились без малейшего шороха, однако в масштабах бескрайнего северного леса снегопад шептал и присвистывал, словно живой. Фелтон, старавшийся всему найти логическое объяснение, предполагал, что дело в комьях снега, соскальзывающих с ветвей, или в крадущихся сквозь лес зверях – в их скрипучих шагах и прыжках. А может, это кристаллики льда сталкиваются друг с другом на ветру.