Книга Верхний мир. Книга 1. Дети Кроноса, страница 74 – Вика Маликова

Миша принес четыре чашки дымящегося чая, и Анна жадно накинулась на одну из них. Столик был рассчитан на четверых. Михей сел возле Анны и теперь, едва помещаясь на краешке дивана, выглядел таким маленьким и худеньким по сравнению с ней.

— Можно и так сказать. Раньше я молчала, потому что отец был жив. К тому же в последние годы он много болел. Вообще, мы с ним плохо ладили. Что неудивительно, учитывая тот факт, что он был маньяком.

Женя переглянулся с Михеем и почувствовал, как напряглась Виджая.

— Я очень довольна вашими двумя выпусками подкаста «Обрывки растерзанной безмятежности», – продолжила Анна. – Правда, ты, Евгений, льешь много лишней воды и осторожничаешь. С другой стороны, тебе лучше знать, как вести расследование. Но пришло время рассказать всю правду, чтобы наконец покончить со всем этим. Я понимаю, что срок давности истек, да и некоторые участники событий мертвы, но пусть мой самовлюбленный братик подавится своим превосходством. Что он будет делать, когда все узнают его гнилую натуру?

Только сейчас Женя сообразил, насколько Анна и Ярослав непохожи друг на друга. Один – спокойный, уравновешенный, красивый и уверенный в себе, другая же – нервная, затюканная, неухоженная и погрязшая в тревожности и комплексах.

— А давайте всё с самого начала! – сказал Михей, опасаясь, что Анна уйдет в сторонние размышления.

— Ну, многое вы уже знаете. Я собственными глазами видела, как мой отец вытащил Катю из кровати и понес ее к открытому окну. Видимо, снаружи был подельник. Я с головой заползла под одеяло, так мне стало страшно. Затем я, видимо, уснула. В утренних сумерках побежала в туалет, а когда вернулась в спальню, то поняла, что Катина кровать пуста. Стала кричать и звать на помощь. Через какое-то время в мозгах все расположилось по полочкам, и я все рассказала Славе. Но он приказал мне заткнуться и молчать в тряпочку. Да еще угрожал, что если что-то станет известно, то нас заберут в детдом. Вот таким он был всегда и таким остается поныне! Ему плевать на переживания других. Горделивый индюк! Помню, когда я была в третьем классе, Слава…

— Анна, что дальше? – поторопил Женя.

— Отца я боялась. Стала избегать всяческого общения с ним. На нервной почве начались проблемы с перееданием, потом – со здоровьем. Я превратилась в толстого и угрюмого подростка. Мама пыталась мне помочь, искренне полагая, что я тяжело переношу потерю подруги. Что было дальше, вы прочитали в дневнике Хранителя, этого гадкого шантажиста, – Анна покраснела еще сильнее. Ей было невероятно жарко в этом пуховике, она буквально обливалась потом, но почему-то не раздевалась. – Он подслушал мой разговор с библиотекаршей и стал преследовать. Михайлов ходил за мной по пятам и запугивал. Говорил, что за сокрытие информации меня посадят в колонию для несовершеннолетних.

— Что он хотел? – спросила Виджая.

— Денег. Он знал, что мой отец – директор завода. Моя семья, конечно, не бедствовала, но мы и не купались в роскоши. Тогда время было такое, что и руководители предприятий могли жить от зарплаты до зарплаты. А часто и зарплату не выдавали. Короче, мне неоткуда было взять денег. Но Михайлов довел меня до такого состояния, что я порезала себе вены, – Анна задрала рукав пуховика и указала на еле заметные белесые ниточки-шрамы на левом запястье. – Мама меня вовремя обнаружила, так что я не смогла причинить себе больший вред. Я тогда все ей рассказала. К моему ужасу, она не побежала к отцу и не стала выяснять отношения. Она тоже решила скрыть правду. Не хотела разрушать устоявшуюся жизнь: хороший дом, муж при должности, уважение соседей, зависть подруг. Вместо этого мы пошли к Михайлову.