Книга Лесные ведуньи, страница 119 – Екатерина Шитова

Я взяла Демьяна за руку, притянула его к себе и прошептала на ухо:

— Я уйду из этого леса только с тобой…

Взгляд мужчины наполнился тоской. Он поцеловал меня в макушку.

— Это невозможно, Анфиса. Я пробовал множество способов, но, пока жива ведьма, живёт и её заклятье.

— Неужели нет никакого способа обезвредить эту вредную старуху и снять с тебя её заклятие? – всхлипнула я, уткнувшись в плечо любимого. – Я не хочу потерять тебя, Демьян!

Мужчина опустил голову, задумался, а потом медленно произнёс:

— Вся сила ведьмы заключена в Первой слезе, которая упала на грудь мёртвого Устина. Капля превратилась в камень, который до сих пор лежит на дне озера. Если уничтожить Первую слезу, ведьма потеряет все свои силы.

— Тогда почему ты до сих пор не уничтожил её? – спросила я.

— Я пытался это сделать несметное количество раз, но на дно Мёртвого озера может опуститься далеко не каждый, а лишь тот, кого оно соизволит запустить в свой тёмный омут.

Я задумалась, Демьян заметил это, поэтому сразу предупредил меня:

— Я не позволю тебе рисковать своей жизнью ради меня. Вода озера коварна.

Демьян вышел, а я легла на травяную подстилку. Водя пальцами по колючим еловым «стенам» шалаша, я вдруг подумала, что моя жизнь в последнее время одно сплошное приключение. И, наверное, ведьма была права: во мне есть сила, о которой я даже не догадывалась раньше. И уж если она есть, то нужно её использовать. Когда Демьян вернулся в шалаш с ароматным чаем из зверобоя и шиповника, я уже всё для себя решила.

Ночью, когда мой возлюбленный крепко спал, я поцеловала его, бесшумно вылезла из шалаша, позвала Доброго и отправилась к Мёртвому озеру…

Мне было страшно. Я вновь стояла у воды, затаив дыхание. Ночь была светлой: полная луна, яркая, как фонарь, озаряла всё вокруг бледно-жёлтым светом. Я дрожала, думая о брате Демьяна, лежащем на дне озера. Я дрожала, думая обо всех утопленниках, которые оказались на дне по вине ведьмы Улиты.

Хватит ли мне духу войти в эту холодную «могилу»? Смогу ли я приблизиться к Устину, осмелюсь ли дотронуться до его мёртвого тела в поисках заветного камня? Найду ли я его среди тех, кто лежит на дне? Множество сомнений делало меня слабой и уязвимой. Сомнения всегда съедают силы. Перед глазами возникло лицо Демьяна – мужественное, красивое, родное. Я должна это сделать ради него.

Я хорошо плавала, но вид тёмной воды, скрывающей под своей толщей множество смертей, пугал, отталкивал и заставлял дрожать ещё сильнее. Вдруг я не выплыву назад? Вдруг утону в этом зловещем омуте? Я обхватила себя руками, крепко сжала, пытаясь унять дрожь. Вдруг вспомнилось, как мама в детстве учила меня плавать. Она говорила: «Не бойся воды, Анфиса. Ко дну идут лишь те, чьё сердце стало тяжёлым от груза плохих мыслей, а руки отяжелели от плохих дел». Я всегда верила в то, что не утону, потому что не замышляю и не делаю ничего дурного.

— Мамочка, что же сейчас со мной будет? – прошептала я и медленно вошла в воду.

Добрый жалобно и нетерпеливо поскуливал на берегу, но я приказала ему сидеть и ждать, и он не смел меня ослушаться.

Вода была очень холодной, мои мышцы сразу же напряглись, дыхание перехватило, но я шла и шла вперёд, всё глубже и глубже. Я не знала, впустит ли меня Мёртвое озеро, позволит ли заплыть в свой омут. Я не знала, смогу ли я нырнуть так глубоко, чтобы попытаться найти на дне Устина и Первую слезу. Но я знала одно – если я не попробую, я не смогу потом спокойно жить. Да и что это будет за жизнь, если я никогда больше не увижу Демьяна?