Онлайн книга «Черная рябь»
|
— На, положи эту мамку-берегиню в колыбель. Она сбережёт того, кто за неё держится. А сама отдай внучке любовь, которую должна была отдать своей загубленной девочке. Всё. Больше ничем помочь не смогу. Ступай. Выйдя на улицу, Иринушка почувствовала облегчение. Может, от того, что наконец-то выговорилась, разделив свою тяжесть с другим человеком. А может, от того, что держала в руке обережную куколку, в силу которой верила больше, чем в силу молитвы. * * * Новорождённую назвали Иулианой, но родители и вся родня стали звать её ласково Уленькой. Девочка была улыбчивой, спокойной, совсем не крикливой. Василиса, вскоре после родов вернувшаяся к домашним обязанностям, успевала переделать все дела, пока Уленька сладко спала в колыбели. Обережная куколка всегда лежала при ней. Василиса сначала рассмеялась, когда мать положила её рядом с девочкой, но решила не спорить. Вреда от куклы нет, и ладно. Мать в последнее время вообще вела себя странно, заходила редко, ссылаясь на плохое здоровье. А вот свекровь часто приходила водиться с маленькой внучкой. Игнат в дочери души не чаял. Едва приходил с работы, тут же брал её на руки, качал и пел песни. Девочка улыбалась беззубым ртом, что приводило молодого родителя в ещё больший восторг. — Не держи долго, не приучай к рукам, а то она потом кричать начнёт, – строго говорила свекровь. — Да не могу я её не держать, маменька! Будь на то моя воля, я бы круглые сутки её качал! – смеясь, отвечал Игнат. Василиса улыбалась, глядя, как муж возится с малышкой. С каждым днём сердце её всё сильнее наполнялось теплом и любовью, будто раньше оно было заледеневшим, а теперь оттаяло. Она не хотела возвращаться к тому разговору, который начал Игнат в день, когда Уленька появилась на свет. Игнат больше ничего не говорил о другой женщине, и она решила, что он образумился. И вот однажды, уложив дочь пораньше спать, Василиса достала из сундука ажурную шаль, накинула её поверх рубашки, расплела косу, пощипала щёки для румянца и взглянула на себя в зеркало. Убедившись в том, что она по-прежнему свежа и красива, Василиса села к окну и стала поджидать мужа. Когда Игнат наконец пришёл, весь заметённый снегом, который с самого утра накрывал деревню плотной пеленой, Василиса усадила его за стол, накормила горячим картофельным супом с клёцками, а после ужина обняла его за шею и уселась к нему на колени. — Ты чего это, жена? – удивлённо спросил Игнат. Она ничего не ответила и поцеловала его в губы. Сначала поцелуй был робкий и неумелый, но потом Василиса почувствовала, как где-то в животе вспыхнуло, разгорелось пламя, и жар от него потёк по венам, ударил в голову, точно хмель. Тогда женщина осмелела, обхватила обеими руками шею мужа, провела пальцами по рыжим кудрям. Она закрыла глаза от удовольствия и чуть не упала от неожиданности, когда Игнат резким движением оттолкнул её от себя. — Не люблю я тебя больше, Василиса! – глухо произнёс он. – Есть у меня другая возлюбленная. Не хочу тебя обманывать. Прости… Лицо Василисы потемнело, губы скривились. Было непонятно, то ли она собралась ругаться, то ли плакать. Но она не сделала ни того, ни другого, лишь тихо прошептала, отвернувшись: — Так значит, и тебя отняла сестрица… Игнат не понял её слов, а она и не хотела, чтобы он услышал их. |