Книга Кощеева жена, страница 66 – Екатерина Шитова

Целых пять лет Матрена прожила с мужем. Это было счастливое время. Они устроились в доме, который достался Тихону от дядьки-холостяка. Тихон привел жену с сыновьями из леса в этот неуютный, почти развалившийся домишко, и они потихоньку начали обживать и восстанавливать его. После жизни в лесной избушке ведьмы Упырихи, Матрена легко справлялась с неудобствами и трудностями в быту, она успевала везде – и за детьми смотрела, и мужу помогала. Совсем скоро старенький дом обновился, наполнился чистотой и уютом.

Поначалу Матрена почти не выходила со двора – во избежание сплетен и пересудов, она сторонилась людей и всякого общения. Со свекром и свекровью она, к счастью, тоже не встречалась. Тихон не ходил больше в родительский дом, и сами родители к нему тоже не ходили. Матрена не спрашивала о свекрах, она даже думать о них не желала. А потом внезапно умерла Анна Петровна. На похоронах матери Тихон, обычно спокойный и тихий, вдруг сцепился с отцом не на жизнь, а на смерть. Их еле-еле разняли мужики, пришедшие попрощаться с покойницей.

— Я все равно убью тебя! Отомщу тебе, скоту, за мою Матрену, проклятый снохач! – заорал Тихон, брызжа кровавой слюной.

Он попытался вырваться из рук мужчин, которые едва держали его. Яков Афанасьич вытер кровь с лица, проклиная сына, на чем свет стоит.

— Сопляк! Щенок неблагодарный! Из-за какой-то вредной, противной бабы драться на отца полез!

Эти слова еще больше раззадорили Тихона. Он покраснел от ярости, сжал кулаки и процедил сквозь зубы:

— Я стыжусь того, что ты мой отец!

После этих слов он сплюнул в сторону и пошел прочь. В тот день Тихон крепко напился и приполз домой на карачках.

— Тиша, ну что же ты, миленький… – заплакала Матрена, увидев мужа в невменяемом состоянии на пороге, – Я ведь думала, с тобой случилось что! Вся извелась, обыскалась!

Тихон так и не смог переползти через порог, уронил голову на пол и захрапел. Матрена еле затащила его в дом, да так и оставила на полу, только вытерла с лица Тихона кровь и прикрыла его сверху одеялом, чтоб не простудился.

А через несколько дней до Тихона и Матрены донеслась новость о том, что Яков Афанасьич прогнал Настасью, заколотил окна в своем большом доме и уехал из деревни неизвестно куда. А вскоре после этого кто-то и вовсе пустил по деревне слух о том, что он умер в дороге, да там, на чужой сторонке, его и схоронили.

— Ну и Слава Богу, что помер! – зло проговорил Тихон, – Я не смог убить, зато моя месть его все-таки догнала.

Матрена ничего не сказала, но в глубине души она испытала огромное облегчение. Как будто камень, что постоянно лежал на ее душе, вдруг превратился в песок, рассыпался, смылся горькими слезами. И ей, наконец, стало легко и радостно. Теперь были лишь они с Тихоном и их дети. Больше никто в мире не мог им помешать стать счастливыми. И они стали.

* * *

Молодая семья стала жить своей жизнью, создавать свои правила и чтить традиции. Их уютный дом был полон любви, жизни, в нем постоянно звучал детский смех. Мальчики подрастали, становились шумными и неугомонными. Тихон любил детей до безумия, и ни разу не дал никому усомниться в том, что он их родной отец. Иван и Степушка тоже были влюблены в отца, они восхищались им, хотели быть похожими на него, а порой даже дрались за его внимание. Тихон старался не выделять никого из них, но молчаливый и серьезный Иван, с его сильным и волевым характером, все же был ближе к отцу, чем хилый и болезненный Степушка, который вечно плакал по каждому поводу и все время жался к матери, ища утешения в ее объятиях.