Книга Бессмертник, страница 117 – Надя Сова

Скат Иваныч отмахивался от ворона, пытаясь поймать того за лапу.

— Ты мне что при жизни не нравился, что сейчас, – проворчал Скат Иваныч.

— Я тебя не помню, – завис ворон.

— Зато я – да. – Ему всё же удалось схватить птицу за лапу и с силой ударить о землю рядом с Брютом. – И мне уже надоела ваша живучесть.

Скат Иваныч потёр руки, вызывая чёрное пламя.

— Сожгу сначала ваши тела, а потом души.

Пламя разгоралось всё сильнее, пока не охватило кисть целиком. Скат Иваныч сначала улыбался, потом его лицо резко сделалось испуганным. Пламя медленно меняло цвет с чёрного на рыжий.

— Как успехи? – Возле пришедшего в себя Брюта сидел кот и внимательно наблюдал, как воевода пытается сбить пламя с руки.

— Я делал всё, чтобы помешать тебе! – прорычал Скат Иваныч. Ноги подкосились, и он рухнул, пытаясь потушить руку об асфальт.

Кот приблизился и нехорошо улыбнулся.

— Так ты всё начал. Стал первым пунктом моего плана.

Скат Иваныч ошалело посмотрел на рыжее животное. Пламя быстро перебралось по руке на всё тело. Сквозь огонь проглядывал смутный силуэт медведя.

Брют сидел, подтянув к себе ворона, и смотрел, как горела душа Вячеслава Бурова.

— О каком плане р-речь? – уточнила рогатая птица.

Кот обернулся:

— Уничтожить Ладный мир. – С этими словами он исчез, оставив Брюта и ворона вдвоём переваривать эту информацию.

— Он что планир-рует сделать? – переспросил ворон.

— Надеюсь, это метафора. – Брют постанывая поднялся.

— Ты бы хоть в зал записался. – Ворон прыгал, поджимая одну лапу. – А то сколько можно боксёр-рской гр-рушей подр-рабатывать?

Стражник хмуро посмотрел на птицу, но ничего не сказал. Ойкая, он похромал к пеплу, что остался от Ската Иваныча.

— Кр-радник сбежал, – посетовал ворон.

— Пусть бежит, – ответил Брют. – Цена жизни труса – ноль.

Ворон согласно кивнул. Из головы не шли слова кота. Он пошутил? Сказал так, чтобы не расслаблялись?

Брют постоял ещё немного, пнул кучку пепла и пошёл с задворок.

— Ты куда? – Ворон поскакал следом.

— Домой, – бросил стражник.

— Не хочешь пр-ровер-рить, как там Нор-ра?

— Судя по тому, что Скат Иваныч сгорел, у неё всё получилось.

— Как-то не по-др-ружески, – ворчал ворон за спиной, отвлекаясь на всё подряд.

Брют молча шагал по улице, проходил мимо мест, где Стража устраивала засады. Мимо старого офиса. Мимо дома Зои Зной. Мимо своей прошлой жизни. Ворон шагал следом. Докучливая птица никак не хотела свалить, а гнать её сил не было. Сил вообще ни на что не осталось. Только апатия не требовала никаких моральных вложений, а лишь поглощала, окутывала мягкими руками.

Дверь в квартиру была открыта. Тут что-то искали. Брют грустно посмотрел на вывернутые ящики, разбитое зеркало возле двери.

— Кр-радник побывал, – оценил обстановку ворон. – Ничего не нашёл.

— Разрыв-траву искал, – догадался Брют.

— А где ты её оставил?

— В машине у Норы.

Под ногами хрустело, когда Брют прошёл к своему креслу и, тяжело вздыхая, опустился в него.

— Можешь свалить? – спросил он у птицы.

— Ага, чтобы ты спился?

— Я не пью, – устало произнёс Брют.

— Так я и повер-рил.

Прихрамывая, ворон прошёл на кухню, что-то там свалил, ругнулся. Брют двинулся было на звук, потом махнул рукой. В прихожей скрипнула дверь. Забыл закрыть?

Снова пришёл кот, мягкими лапами он влез на колени и свернулся клубком.