Книга Блошиный рынок, страница 56 – Татьяна Мастрюкова

Пока разжимала ее, снова поранилась о торчащий кончик пружины. Но это ерунда, конечно. На шее наливался багровый синяк, глотать было больно и трудно. Но я была жива! Я дышала. «Руку маркизы» я куда-то от себя отшвырнула, и опять мне показалось, что это крыса, которая попыталась вывернуться у меня из рук и еще раз укусить.

«Рука маркизы», конечно, не проткнула меня, как нож, зазубрин-то не было. Но очень сильно защемила трахею и острым краем, «пальцами» прорезала до крови кожу. Обрабатывая рану и в голос рыдая от боли и страха, я пыталась понять, как такое могло произойти. Не сам же собой этот проклятый зажим упал с полки в коридоре, отскочил от пола, разжался, рикошетом пролетел от прихожей до моей кровати и стиснул мне горло? Еще и щелкал в полете.

В квартире никого, кроме меня, не было. Не я же сама себя искалечила?! Или я? Неужели я лунатик, сумасшедшая?

Меня трясло, и меньше всего мне хотелось оставаться одной. В голове все перемешалось, и я не понимала — наяву это или до сих пор длится кошмарный реалистичный сон?

Кое-как одевшись, я обмотала шею шарфом, хотя был конец мая, достаточно теплый, и поспешила на улицу. Предварительно изучила в глазок обстановку на лестничной площадке. В подъезде никого не было.

Пока сбегала вниз по ступенькам, сообразила, что сейчас все спят и помощь можно получить только в милиции или в круглосуточной аптеке. Не знаю, какой помощи я стала бы требовать в отделении милиции, плохо соображала. К счастью, сначала мне попалась аптека.

Первую помощь мне сердобольная фармацевт оказала, но посоветовала все же обратиться в травмпункт. Решила, наверное, что я — жертва бытового конфликта. Даже такси помогла вызвать.

Но в травмпункте собрались участники массовой драки с разной стеченью покалеченности, так что я просидела до утра, каждый раз уступая свою очередь более травмированному несчастливцу, и, немного придя в себя, решила, что не стоит отвлекать врачей на такие пустяки, как моя шея. А психиатрическую помощь в травмпункте не оказывают, это в другое отделение надо ехать. Но признавать себя сумасшедшей вообще не хотелось. Хорошо еще я даже не подумала, что ранение от ржавой «руки маркизы» может спровоцировать столбняк, а то бы точно с ума сошла.

Домой я вернулась пешком, трястись от переизбытка адреналина практически перестала, зато теперь мне стало зябко, и дрожь пробирала именно из-за этого.

Поскользнулась на придверном коврике и с неожиданной злостью пнула его так, что он в лестничный пролет улетел, куда-то вниз. Мне даже жалко его не было. Тем более что под половичком, оказывается, был вовсе не песок, а настоящая земля комками, с какими-то не то волосами, не то волокнами, камешками. Как будто кто- то нарочно в палисаднике накопал и под коврик мне высыпал. Прошлый раз, кажется, точно такая же была, но я не приглядывалась. А теперь присмотрелась. Зря. Меня затошнило, что при травмированном горле было совсем худо.

Я переступила через эту грязь, пообещав себе, что завтра все уберу, не дожидаясь уборщицы. Противно под дверью такую помойку иметь. Сейчас же не было никаких сил еще и лестничную площадку подметать. И звонить в ЖЭК жаловаться на отвратительную работу по уборке подъезда тоже не хватало запала. Впрочем, они в такую рань еще и не работают.