Книга Нежили-небыли, страница 66 – Татьяна Мастрюкова

Девушка в истерике добралась домой, где свалилась с острой болью в спине. Она даже не поленилась написать заявление в милицию, но сразу после этого попала в больницу, где скоропостижно скончалась. Дело закрыли, а врачи объяснили смерть инсультом, спровоцированным запущенным остеохондрозом. Откуда он взялся на пустом месте у молодой, никогда не жаловавшейся на здоровье девушки – ответить никто не смог, да и, в общем, никому дела до этого не было.

Алиска все время оглядывалась, прислушивалась, оборачивалась через левое плечо, хмурилась, подходила к окну на кухне, один раз даже резко встала и вышла в коридор, но, конечно, не поняла, кого увидели ее чужие новые глаза.

Будто бы невзначай только спросила:

— У тебя ведь никого здесь нет, только мы вдвоем? – И рассмеялась, когда я соорудила якобы непонимающее лицо.

Когда она начала спрашивать про бабушку, я внезапно подумала: «Если скажет: „Бабулька твоя здесь, с нами, в этой комнате?“ – я ее вытолкаю взашей».

Это было еще до того, как мама притащила шарлатанку-экстрасенса, и понятно, почему она сделала это в мое отсутствие.

Но Алиска с надеждой взглянула на меня чужими зелеными глазами и тут же взгляд отвела, он будто поплыл в сторону.

— Бабулька твоя тоже ведь знала, да, Тася? Она ведь передала тебе что-то, передала?

Так вот почему она ни в больницу к моей бабушке, ни на похороны не пришла – зачем, если, по ее мнению, все, что могла, бабушка передала мне.

Сразу стало понятно, с чего это Алиска вдруг обо мне вспомнила. Как приспичило, сразу и прибежала. Неугомонная Калиса.

Алкоголь не помогал, да и чем он вообще может помочь. Старуху не найти. Колдун ей перед смертью действительно что-то передал, но совсем не то, о чем она мечтала, и что теперь с этой передачкой делать и как ее хотя бы нейтрализовать, даже не использовать, – Алиска без понятия. А я тем более, так что зря она на меня надеялась.

По-человечески мне было жаль Алиску. Она как-то ловко ушла от темы, когда я прямо спросила, обращалась ли она к врачам, хотя бы для начала к офтальмологу, если не к неврологу, и я не поняла, попыталась она лечиться традиционной медициной или нет. А в церковь, разумеется, мнящая себя ведьмой никогда не пойдет. Почему-то так часто бывает, что люди в Бога не верят, а в черта всегда готовы.

Но только вот бабушка ничего не передавала мне, кроме квартиры. Я так и сказала, без деталей и уточнений. Бабушка не передавала, кто передал – не знаю.

Зато я знаю, что поступлю с Алиской точно так же, как дядька-колдун. И как Алиска поступила бы со мной. Не самое лучшее решение, плохое решение, но это хотя бы действующий вариант. А потом я попытаюсь как-то исправить ситуацию. Наверное…

Как я вообще могу кому-то даже пробовать помочь, если мне самой нужна помощь. Илюшке до сих пор нужна помощь.

Бабушка всегда одевалась очень быстро, если куда-то собиралась. Ты только-только встала с дивана, чтобы пойти к шкафу, а она при полном параде уже от входной двери кричит: «Еще две минуты, и я ухожу без тебя!» Моя мама унаследовала эту способность, или, скорее, с детства была выдрессирована, и на мое удивление каждый раз с притворным вздохом откликалась: «Бедному одеться – только подпоясаться!» При этом, правда, она всегда ухитрялась быстро собрать и запихать в сумку миллион Илюшкиных и моих игрушек, каких-то наших запасных носков, пластырей и бутылку воды.