Книга Нежили-небыли, страница 41 – Татьяна Мастрюкова

А еще у детей из коммунальных квартир бытовала странная игра: когда абсолютно все взрослые жильцы уходили на работу или по делам, но точно надолго, нужно было подкрасться к любой закрытой двери соседской комнаты, спросить в замочную скважину: «Есть тут кто?» – и внимательно слушать. Что-то вроде неопределенного гадания о будущем, кому что послышится. Например, собачий лай всегда слышался к ругани и наказанию, а классическая музыка – непременно к тяжелой болезни или даже смерти.

Разумеется, абсолютной тишины никогда не было, все же город, жилой многоквартирный дом. Но ходила история, будто в пустой квартире решившему сыграть в эту игру в одиночестве мальчику незнакомый голос ответил из-за двери прямо в ухо: «Я здесь живу. Заходи». И будто бы потом этот мальчик долго болел и в конце концов умер.

Поэтому спрашивать нужно было исключительно детской компанией, хотя бы вдвоем, чтобы не было так страшно. Когда ты с кем-то, всегда не так страшно, как в одиночестве.

Ситуация с шепотом того, кого там быть не могло и не должно, мне была слишком хорошо знакома, поэтому гораздо страшнее казался рассказ одноклассницы, которым она поделилась с нами на переменке как бы между прочим. И это была не выдумка и не история, пришедшая через сотые пересказы. Ее соседа по коммуналке увезли в психбольницу с приступом белой горячки после того, как он выкинул с балкона топчан. Якобы спас всех соседей от дьяволят, которых сумел заманить в этот самый топчан, а то бы расползлись по всей квартире. Тут диагноз ясен даже ребенку, но санитары, уводя уже притихшего безумца, посоветовали провести в квартире дезинфекцию: мол, проходили мимо этого самого топчана (хорошо еще, никого внизу не было, когда он упал), так из-под его обломков в разные стороны разбегались какие-то чернявые мелкие животные, наверняка крысы.

Понятно, что все жильцы всполошились, и не только из этой квартиры, – весь дом на ушах стоял. Срочно позвали специалистов, те обработали квартиру и подъезд, включая подвал. Ни одной крысы, правда, ни до обработки, ни после не видели, но немного успокоились. Только соседи этого алкоголика никак не могли понять, как тому удалось незаметно развести в своей комнате этих неприятных животных, да еще в таком количестве. И вообще не нашли ничего умнее, как при моей однокласснице, маленькой девочке, обсуждать разные жуткие подробности вроде отгрызания носов и выедания глаз крысами у спящих младенцев и стариков. Даже ее родителям не пришло в голову, что эти страсти не для детских ушей.

Так вот моя одноклассница как раз и рассказывала нам, что только-только перестала бояться засыпать, потому что постоянно прислушивалась, не крадется ли к ее кровати крыса, спала из-за этого вполглаза, а если и засыпала, то мучилась кошмарами. Это на нее подействовал случай, о котором поведала соседская бабка. У ее сестры, которая в бараке жила, когда в нашем городе новый район строили, нельзя было детей одних оставить, особенно тех, кто ходил плохо, и лежачих больных – тут же набегали крысы и начинали грызть по живому. Несколько человек погибло на месте, кто-то в больнице от гангрены, а самые, считай, счастливчики, то есть выжившие, навсегда остались инвалидами – это были детки, кто без пальцев, кто вообще без руки, кто без ушей. И никак не могли этих крыс поймать и уничтожить, хотя и караулили, и всем бараком охоту объявляли.