Книга Воронье гнездо, страница 51 – Марика Макей

Весь пол был усыпан окровавленными, размозженными вороньими тушками. Не помню, как мы пробежали через комнату, но, очутившись в темных сенях, я задержал Зою.

— Нельзя выходить на улицу, – задыхаясь от режущей боли в ноге, пробормотал я, – там всюду вороны.

— Но и здесь оставаться нельзя! Как только темнота накроет деревню, мы точно не сможем выбраться отсюда.

До сумерек оставалось несколько часов, но ждать их действительно не стоило. Если деревня так взбесилась днем, кто знает, что может произойти ночью? Я подпирал входную дверь и спиной чувствовал удары врезающихся в деревянное полотно птиц.

— Знаешь, что это может значить? – глотая окончания слов, задыхаясь, произнес я. – Мы действительно на правильном пути, а пластинка, – я качнул диском в руке, хотя в темноте Зоя вряд ли это увидела, – ключ к следующему отпечатку!

— Здорово, если все именно так, – прошептала она, – но в данную секунду даже это не в силах меня обрадовать.

— И то верно… Угораздило же забраться сюда вдвоем!

— Мы позже обязательно вернемся к этому разговору, и я, поверь, не поскуплюсь на слова, характеризующие тебя и все твои дурацкие поступки, но сейчас давай уберемся подальше от этого места!

— Согласен.

Адреналин поступал в кровь с бешеной скоростью. Сердце билось в ритме дабстепа. Мы выбежали на протоптанную тропинку и понеслись не оглядываясь. Остановились, только когда добрались до перекрестка с асфальтированной дорогой. Нас не преследовали.

— Задница! – прокричала Зоя, обращаясь к дому, зарослям ивняка или птицам. – Я чуть в штаны не наложила от страха. И наложила бы, если было бы чем.

Она нервно рассмеялась и повалилась на землю. Я рухнул рядом. Руки у меня тряслись, никакие слова не шли на ум. Посмотрев на пластинку, я чуть не расплакался от досады. Окружность винилового диска треснула, и теперь у нее не хватало приличного куска. Видимо, вещица сломалась, когда я, защищаясь, ударил ею птицу.

— Блестяще, Слав, – буркнул я, со злостью швырнув попавшийся под руку камень. – Все было зря!

— Ты не запомнил слова в песне?

— Ни одного… А ты?

— Я тоже. – Зоя, тяжело вздохнув, встала. – Ты не виноват… – Она взглянула на мою ногу. – Сильно болит?

— Нет, всё в порядке.

— Идем, нужно рассказать все ребятам. – Зоя протянула мне руку.

— Зайду домой, переоденусь, – буркнул я, окинув взглядом свежую рану. Перехватил ладонь своей спутницы и поднялся с трудом, припадая на ногу. – Через полчаса ждите.

— Не задерживайся, – уходя, махнула мне Зоя.

Прихрамывая, зашел в дом и сразу поймал бабушкин взгляд, тяжелый, как оплеуха. А когда она начала возмущаться по поводу разорванной штанины и поцарапанной ноги, и вовсе подумал, что мне несдобровать. Но, к счастью, упреки пришлось выслушивать ровно до того момента, как бабушка разглядела рану.

— Да что за шальной ребенок мне достался! – разводя руками, чуть не плача, воскликнула она. – Куда тебя вечно несет, что ты такой потрепанный домой приходишь?

— Прости, ба, – морщась от боли, пробормотал я. Чувствовал себя странно, видимо, простуда по новой накрывала. – Я просто зацепился за штырь. Случайно вышло.

— А уходил Зою проводить всего-навсего! Где она опять тебя таскала?

— Да не она это, – простонал я, сдерживая смех, – я сам… И мы не спим!