Книга Бессердечный, страница 93 – Элси Сильвер

Когда фары выхватывают из тьмы подъездную дорожку Кейда и освещают живописное ранчо, тело замирает от облегчения. Это не мой дом, но… чувствую я себя как дома.

Я прикладываю карточку к автомату таксиста, чтобы оплатить неприлично огромную сумму, и выхожу. Кейд сидит на ступеньке и смотрит на меня. Его локти упираются в колени, а в больших руках он держит стеклянный стакан.

В нем есть энергия. Сегодня вечером он выглядит опасным, и я настроена на схватку.

Когда такси отъезжает, я просовываю в зубастую пасть медведя руку, говоря:

— Ждешь меня, папочка?

Я хлопаю ресницами и вешаю сумочку на плечо.

Клянусь, он рычит.

— Уже поздно. Ты могла бы сообщить мне, когда вернешься. Ты все еще живешь в моем доме.

— Тогда, наверное, на выходных мне лучше оставаться в главном доме, чтобы не доставлять тебе неудобств, – огрызаюсь я в ответ, хотя на самом деле не хочу там оставаться.

Я хочу оставаться с ним.

— Может, тебе стоит вести себя как взрослая и докладывать, чтобы я не волновался… – прервался он, прежде чем добавить: – о том, что ты разбудишь Люка.

Ну и яйца у этого парня.

— Нежелание будить Люка – единственная причина, по которой я не начинаю орать на тебя прямо сейчас, Итон. И если мы собираемся говорить о том, как ведут себя взрослые люди, то, может, тебе стоит писать мне, а не моему лучшему другу?

Он встает, проводя руками по заднице брюк – выглядя при этом раздражающе хорошо, – а затем разворачивается ко мне спиной и бросает через плечо:

— Люк с моим отцом, так что можешь устраивать истерику по этому поводу, если хочешь.

У меня отвисает челюсть, и я повышаю голос:

— Ты беспокоишься, что я приду домой поздно и разбужу его, а его даже здесь нет?

Он продолжает идти, но я кидаюсь за ним, взбегаю по ступенькам и бросаю сумочку на веранду у его босых ног:

— Кейд! Я с тобой разговариваю. И это большая удача, учитывая, что ты только что передал меня своему другу, как будто я какая-то чертова игрушка, которой можно делиться.

Это останавливает его на месте, мышцы спины напрягаются. Все в его теле говорит о хищнике. Оно кричит: «Уходи от меня», но я слишком импульсивна, чтобы прислушаться к такому безмолвному предупреждению. Я подхожу ближе, сокращая пространство между нами, чтобы позволить его сосновому аромату окутать меня и опьянить.

— Думаешь, я просто какая-то шлюха, которую можно заложить друзьям?

Теперь он поворачивается, в его глазах пылает огонь.

— Я думаю, что не могу выбросить тебя из головы, как бы сильно ни старался. Я думаю, что ты чертовски соблазнительна, а я слишком сложный человек. Я думаю, что ты пахнешь как он, и я, черт возьми, этого не выношу.

Я моргаю, стараясь разглядеть его красные щеки, блеск в темных глазах, а также то, как его ноздри поднимаются и опускаются из-за тяжелого дыхания.

— Наглость. Какая наглость жаловаться на то, что я пахну как мужчина, с которым ты меня отправил и который оказался настоящим джентльменом. Мужчина, с которым при других обстоятельствах мне, возможно, было бы весело, потому что он чертовски веселый парень. Но вместо этого я всю ночь переживала из-за тебя, Кейд Итон. Из-за тебя, из-за твоей чертовой сварливой физиономии, из-за твоих дурацких широких плеч и круглой задницы в джинсах. Так что… пошел ты. – Я тычу пальцем в центр его твердой как камень груди. – И вдвойне пошел ты за то, что ревнуешь, хотя и не имеешь на это права. Если я пахну как он, то от тебя пахнет дерьмом.