Книга Бессердечный, страница 101 – Элси Сильвер

Потому что я намерен полностью насладиться Уиллой Грант.

Я обхватываю ртом ее сосок, и тут же она вскрикивает:

— А! Не останавливайся, Кейд.

Я сосу сильнее, и ее тело извивается. Пальцами я сжимаю второй сосок, и металлический пирсинг придает дополнительные ощущения. Член мучительно упирается в ткань джинсов, а она еще даже не полностью обнажилась.

— Я охреневаю от тебя, Ред. Смотреть, как ты извиваешься? Слушать в стонах мое имя? Что мне теперь делать? – Я провожу языком по одной ее груди, а затем приникаю к противоположной, поглаживая влажный сосок.

— Трахни меня. Ты должен трахнуть меня, – молит она на одном дыхании. В ее словах слышится отчаяние, и мне нравится этот звук и вибрация у нее в груди, я чувствую ее губами.

Я опускаю руку и прижимаю ее к клитору. Даже сквозь джинсы ощущается жар. И когда я сниму с нее слои одежды, она будет чертовски мокрой.

Для меня.

— Правда? – Чуть отклонившись назад, я с силой прижимаю большой палец к джинсам. – Прямо здесь, Ред?

— Да. – Она откидывает голову, грудь блестит от моей слюны, а пальцы вцепляются в простыни.

Я тру, рисуя круги на джинсах, и мрачно усмехаюсь тому, как под натиском извиваются ее бедра.

— Кейд, – ее губы приоткрываются, произнося мое имя, а язык высовывается, чтобы смочить их. – Боже.

— Его здесь нет, детка. Только я. И мне надоело просить вежливо. Я готов взять. – Я беру в рот сосок, провожу языком по металлу и надавливаю на него. В ответ раздается легкий всхлип, такой же, как и ее всепоглощающий смех.

Намотав распущенные волосы на кулак, я притягиваю Уиллу к себе и шепчу на ухо:

— Я собираюсь содрать с тебя обтягивающие джинсы и насладиться вкусом того, что, как я уже и так знаю, окажется идеальной маленькой киской.

У нее по телу пробегает дрожь, но я продолжаю:

— Я заставлю тебя кончить мне в рот. И прежде чем ты успеешь оправиться от этого, я воткну в тебя свой член и заставлю кричать мое имя так громко, что тебя услышат во всем городе.

Глаза Уиллы удивленно вспыхивают, и она кивает.

— Хочешь так, Ред? Дай-ка я послушаю, как ты это скажешь.

В ее глазах пылает вызов, а подбородок упрямо вздернут:

— Тогда бери, Кейд. Попробуй меня. Трахни. Трахни так сильно, чтобы я забыла собственное имя. Мне никогда ничего настолько не хотелось. Сегодня ночью я твоя.

Моя грудь удовлетворенно вздымается, а руки принимаются отстегивать пуговицу на ее джинсах:

— А когда я закончу, что ты скажешь?

— Господи, – выдыхает она едва заметно, ее взгляд прикован к тому месту, где сейчас мои руки расправляются с ее джинсами. – От тебя, конечно, исходит энергия большого члена, но это что-то иное.

Я дергаю ее джинсы, и она нетерпеливо приподнимает бедра:

— Что ты хотела сказать?

— Спасибо, – с придыханием отвечает она.

— Вот это моя девочка, – мурлычу я, стаскивая с нее джинсы, и покрываю поцелуями ее бедра, по которым, когда я касаюсь щетиной нежной кожи, бегут мурашки. Я спускаю джинсы ниже колен, пока они не натыкаются на сапоги из змеиной кожи.

— Чертовы ботинки, – ворчу я, отодвигаясь и снимая их, пока не останавливаюсь.

— Нравятся? – Она вскидывает бровь так, как делает только она. И я без ума от этого. Молчаливый вызов.

— Они понравятся мне гораздо больше, когда я сниму их, и ты будешь передо мной абсолютно голая и открытая.