Книга Я связана с твоей судьбой, страница 50 – Юлия Арниева

Когда лекарка ушла, я снова села на кровать. Первое испытание пройдено, но впереди ждали новые. Гарет не будет ждать девять месяцев, ничего не предпринимая. У него есть план, и я пока понятия не имела, что это за план.

Но в тот момент, глядя в зеркало на своё бледное, осунувшееся лицо, я приняла решение. Я больше не буду бежать, хватит. Я была пленницей в замке врага, пленницей в лесу, теперь я пленница в собственном доме. Бегство – это путь жертвы. А я больше не хотела быть жертвой.

Я отомщу за отца. Я отомщу за Кирана. Я заберу то, что принадлежит мне по праву. Я стану во главе клана. И для этого мне нужно свергнуть собственного брата.

Пусть он думает, что держит меня в клетке. Скоро он поймёт, что запер с собой не беспомощную птичку, а хищника.

На следующий день Гарет пришёл ко мне с рассветом. Он принёс поднос с едой – свежий хлеб, мёд, варёные яйца, кувшин молока – и сел напротив, внимательно изучая моё лицо. В его взгляде читалась забота, но я чувствовала, как он оценивает каждую мою реакцию, каждый жест.

— Ты плохо выглядишь, – мягко сказал он, наливая молоко в глиняную кружку. – Бледная, осунувшаяся. Но это поправимо. Тебе нужно хорошо питаться, ради ребёнка.

Я заставила себя взять кусок хлеба, хотя в горло ничего не лезло. Желудок был сжат тугим узлом страха и горя, но играть роль беременной означало показывать хороший аппетит.

— Эстер говорит, что всё в порядке, – соврала я, откусывая хлеб. – Но тошнота по утрам сильная.

— Это пройдёт, – уверенно кивнул Гарет. – У всех женщин так бывает в начале.

Он налил себе эля из собственного кувшина и откинулся на спинку стула, изучая меня с каким-то новым выражением. В его глазах я увидела что-то, что заставило меня насторожиться, некую расчётливую нежность, словно он смотрел на особенно ценное приобретение.

— Зачем ты всё это делаешь, Гарет? – тихо спросила я, откладывая недоеденный хлеб. – Отец… он действительно мёртв?

Выражение его лица мгновенно изменилось. Исчезла показная заботливость, обнажив холодную, жёсткую сущность.

— Мёртв, – без тени сожаления подтвердил он. – Пал в бою, как подобает воину. Хотя, честно говоря, смерть его была… неизбежна.

— Что ты имеешь в виду? – Сердце начало колотиться быстрее. В тоне Гарета слышалось что-то зловещее.

Он наклонился ко мне, и его голос стал тише, доверительнее, словно он делился самым сокровенным секретом.

— Ты ведь знаешь, что я незаконнорождённый, – произнёс он почти шёпотом. – Сын служанки. Отец воспитал меня, дал своё имя, обучил владеть мечом, но по закону я никогда не смог бы стать во главе клана. Всегда оставался бы только братом истинной наследницы, твоей тенью.

Я смотрела на него, чувствуя, как по спине пробегает холодок. В его голосе звучала затаённая горечь, копившаяся годами.

— Но теперь, – продолжил он, и в глазах вспыхнул опасный огонёк, – теперь всё иначе. Отец мёртв, ты последняя из рода Доэрти, а твой ребёнок – наследник земель Магвайров. Когда он родится, ты станешь регентом при нём. А я… – он улыбнулся, и эта улыбка была холодной как лёд, – я буду править от твоего имени. Я объединю наши земли. Я сделаю то, о чём отец мог только мечтать.

Вот он, его план. Жестокий, циничный и гениальный в своей простоте. Я должна была стать его марионеткой, а мой несуществующий ребёнок инструментом захвата власти над объединёнными землями двух кланов.