Книга Фрейлина. Путь домой, страница 245 – Тамара Шатохина

— Ни малейшая тень не должна пасть на Димитрия Фредериковича.

— Не падет. Прощайте, — бросив последний взгляд на сына, мужчина четко, по-военному развернулся.

— Прощайте, господин Дубельт.

— Кто это... мама? — смотрел Димка в спину удаляющегося мужчины.

— Господин был ко мне по делу, — будто очнулась я и крепко сжала подергивающийся мизинец на правой руке. Обморок от излишка драматизма не грозил, но с нервами нужно бы полегче.

Дима называл Сергея папой — папа, подражая Настеньке. А уж откуда она это взяла?.. Я даже толком не успела задуматься, как мои дети должны называть отчима. Они решили этот вопрос сами, и я не собиралась ничего менять. Потом, когда подрастут, обязательно расскажу им о Фредерике. Возможно, а скорее — обязательно, мы с ним увидимся, и я представлю этого мужчину, как их родного отца. Так надо.

Сергею я объяснила, когда он вернулся: — Они откупились от дуэли, Сережа. Я сказала цену.

— Таис! — отрицательно качнул он головой.

— Сережа… я хотела передать Фредерику подарок — Настенькину коляску. Она выросла из нее, а у них маленький ребенок. Но потом подумала, что можно же выписать для них коляску из Пруссии — новую. Да и пора бы узнать, как там дела с бизнесом, что я, собственно, и сделала — написала и к ним, и в Вюртемберг тоже. И у нас с тобой тоже будут дети, значит, коляска еще понадобится. А дуэли ну никак в историю с детьми не вписываются. Дело мужское, конечно…

— Дети... будут дети? — шептал Загорянский, притягивая меня к себе и прижимая к сердцу. Уютно устроившись на его груди, я слышала, как быстро-быстро оно бьется.

— Обязательно будут. И я согласилась на участок земли под строительство дома. Все равно Хасбулата на полуострове уже нет — сослали куда-то там.

Мы с ним еще немного пообнимались и пошли ужинать — все было в порядке вещей. Есть мужчина и женщина в браке, будет со временем ребенок — это порядок, норма. Ничего… даже если он уже есть — правильное питание наше все, я справлюсь.

А дом…

Я будто уже видела его — роскошь, продуманную до мелочей. Не ту — с позолотой, драгоценным деревом паркетов и блеском бесценных тканей. А роскошь, приятную глазу, роскошь удобства и качества. Я млела когда-то от фахверка, сейчас же создавала в уме идеальный классический дом. Светлый, полный воздуха, в нежных идеально сочетающихся красках. С видом на море и огнем большого камина.

Дом супругов Кокораки я посетила одна и еще летом, Сергею тогда было совершенно некогда ходить по гостям.

Там было хитро сделано отопление — из подвала по системе дымоходов. Так устроены в китайских домах каны — когда печной огонь греет сам камень стен. А еще в дом подавалась вода, участвуя в канализации. В парке мне понравился небольшой идеально круглый пруд с родниковой водой и рыбой. А вот окна хотелось бы побольше, да и само строение попросторнее. Чтобы было где собрать гостей — того же Нахимова с женой. И петь с ней Хава Нагилу. И пускай бы София Кокораки с мужем прибыли с ответным визитом. С этой женщиной действительно приятно было иметь дело.

Женсовет у себя собирать… или ладно — пускай будет Патриотическое общество.

И чтобы детям простор, их друзьям. И Марсу, который валенок — добрейший валенок. И хорошенький домик для Даши и Ильи Ильича. И конюшня для Леди, Мориона и их детей. И мягкие качели. И мангал с крытой беседкой. Сад с моими любимыми яблонями, а еще персиками. И чтобы рояль для Настеньки. Сережа тоже с удовольствием играл бы — умеет, но говорит — подзабыл.