Книга Доктор Фальк и убийства под парусом, страница 71 – Игорь Евдокимов

— Чужая душа – потемки, – прибегнул к цитате из Островского Василий Оттович. – Зависть. Ревность. Просто долго вынашиваемая ненависть к более успешному другу. Не знаю. Но чувствую: если мы узнаем, что скрывает Иван Сергеевич фон Бек, – то станем на шаг ближе к разгадке.

В субботу, в условленный час, Василий Оттович уже стоял на платформе железнодорожной станции «Зеленый луг». Хотя здесь, наверное, стоит уточнить, что «условленный час» для человека с немецкими корнями начинается как минимум минут за пять до фактически назначенного времени. Потому что «прийти вовремя» – все равно что опоздать. А вот почему сие правило не распространяется на поезда – тайна, покрытая мраком.

В ожидании поезда из Сестрорецка по деревянному настилу дебаркадера уже прохаживались дачники, включая нескольких знакомых доктора. Фальку подумалось, что помимо нежелания рано вставать у Красильниковой была еще одна причина отъезжать в полдень, а именно – смутить и без того не сильно воодушевленного предстоящим путешествием Василия Оттовича.

Екатерина Юрьевна присоединилась к нему, когда пышущий паром локомотив уже показался из-за поворота, и мигом заставила обратить на себя внимание всю публику разом. На ней было длинное алое платье для променада, с корсетом, утягивающим тончайшую талию, черным кушаком и белым бантом на груди. В руках она держала такой же алый зонт. Образ дополняла украшенная цветами шляпка. Василий Оттович, в своем теплого кремового цвета костюме, почувствовал себя одетым не по случаю.

— А, доктор, рада, что вы все же решили составить мне компанию! – громко объявила Красильникова и, изящно подав ему руку, позволила посадить себя в подошедший вагон первого класса. Поднимаясь за ней, Фальк чувствовал, что под взглядами других пассажиров он, подобно хамелеону, стал красным, в цвет платья своей спутницы.

В купе они устроились на противоположных диванах. Вагон, качнувшись, тронулся в сторону Петербурга, оставляя станцию позади. Екатерина Юрьевна испытующе поглядела на Фалька. Доктор попытался с отсутствующим видом смотреть на проплывающий за окном зеленый лес. Неловкое молчание устраивало его куда больше, чем необходимость общаться с Красильниковой. Однако у дамы были другие планы.

— Итак, Василий Оттович, как поживает эта ваша барышня… – Екатерина Юрьевна неопределенно взмахнула рукой. – Рыженькая такая…

— Лидия Николаевна, – хмуро подсказал Фальк, ожидая подвоха.

— Да, точно, – покивала Красильникова. – Очаровательная девочка. Хотя, на мой взгляд, исключительно правы те, кто утверждает: хочешь увидеть, как будет выглядеть барышня лет двадцать спустя, – посмотри на ее мать. А там, думаю, вы согласитесь, взглянуть особо не на что…

— Боюсь, я не составил особого мнения об Ираиде Дмитриевне, – ответил Фальк.

— Ах, конечно же, я сегодня поразительно бестактна, – без тени смущения заметила Красильникова. – Так как поживает… кхм… Лидия?

— Благодарю вас за интерес, вполне неплохо.

— Да? Однако же с нами вы ее не пригласили.

— А вам был бы по нраву мой конфуз? – спросил Фальк, отвернувшись от окна и взглянув на спутницу.