Книга Жизнь под прицелом, страница 69 – Sasha Han

Блин.

Ну точно нельзя было.

Кукла. Настоящая живая кукла — фарфоровая кожа, такая белая, что кажется, светится изнутри. Огромные глаза — зелёные, с золотистыми крапинками, которые я заметил уже потом, когда смотрел вблизи. Губы бантиком, без помады. Волосы — шатенистые, живые, рассыпались по плечам. Лесей зовут. О-ле-ся.

У всех, кажется, ещё больше встало. Воздух в комнате как-то сгустился — стал тяжелее, гуще. Запахло возбуждением и потом, и ещё чем-то, что бывает, когда несколько мужчин смотрят на одну женщину и все это знают.

Она точно испугалась — это было видно сразу. Зрачки расширились, поглотили почти всю радужку. Пальцы сжались — я заметил, как побелели костяшки. Дышала часто, поверхностно — грудь вздымалась под тонкой тканью, неровными рывками. Точно первый раз тогда был у неё. Такое ощущение, что она вот-вот в обморок хлопнется — просто стоит и соображает, что произошло, куда попала, что делать.

А ребята её ещё пугали — мол, соседей нет, кричать нет смысла, а если будет сопротивляться, то свяжут. Голоса уверенные, небрежные. Как будто это нормально — так говорить.

Ну, это они, конечно, переборщили. Блять, да как они это себе представляют? Она же... У неё же анального секса, как я понял, не было ещё. Блять, они все такие возбуждённые, они же её порвут сейчас — кокс делает своё дело, всех несёт, глаза блестят нездоровым блеском, движения стали чуть быстрее и резче обычного.

Я тут сообразил, что надо бы её как-то подготовить.

Сказал ребятам, что пока уведу её в комнату. Они поняли, что я прав — что нельзя так сразу. Надеюсь, они дадут мне хоть немного времени.

Я завёл её в комнату. В спальню Севы — там у него всегда был порядок, несмотря ни на что. Большая кровать с тёмным бельём, торшер в углу, приглушённый свет. У него там были кое-какие игрушки. Ну и гель, естественно.

— Тебя же Леся зовут? — спросил я, стараясь говорить мягче, спокойнее.

— Да, — она еле говорит. Голос дрожит — как натянутая струна, которую задели, и она гудит, не успокаиваясь.

Сеня с Севой её уже до белья раздели. Пиздец какая куколка. Я сам еле держусь — джинсы давят нестерпимо, кровь пульсирует, голова работает плохо. Но надо было взять себя в руки. Хотя бы немного.

— Ляжь на кровать, хорошо? Я кое-что сделаю, а ты расслабишься.

Положил её на живот, расстегнул лифчик — пальцы слегка дрожали. Кожа под руками шелковистая, тёплая, и от каждого прикосновения она чуть вздрагивала — не от удовольствия, от страха. Стянул трусики — кружевные, нежные. Кажется, она вообще не думала, что едет встречаться с кем-то, кроме Сени. Оделась, как девушка одевается на свидание с одним парнем — просто, аккуратно, без второго дна.

Она даже не ответила. Только кивнула, уткнувшись лицом в подушку.

Я решил попробовать сначала массаж — может всё-таки расслабится. Провожу ладонями по спине — от плеч вниз, кожа бархатная, белая, невероятная просто. Чувствую, как под пальцами перекатываются мышцы — напряжённые до звона, как будто она вся — один сжатый кулак. Я стянул майку, но джинсы пока снимать не стал — не то точно не удержусь.

Сел сверху, она опять напряглась. Всё тело как каменное.

— Леся, всё хорошо. Ребята все очень хорошие, всё будет отлично, просто расслабься.

Я наклонился и поцеловал шею — осторожно. Потом ниже по спинке. Слегка раздвинул попочку. Как вкусно пахнет — чистой кожей, лёгким цветочным парфюмом, чем-то совсем юным, незащищённым. О, май год, я сам еле держусь, а она молчит. Слышу только её дыхание — прерывистое, неровное. Она даже не плачет. Просто молчит и дышит.