Книга Жизнь под прицелом, страница 34 – Sasha Han

Подкатывает мужчина. Лет тридцати пяти, загорелый, приличный, ухоженный. С располагающей улыбкой — белые ровные зубы на тёмном от загара лице, что-то лёгкое и необязательное во взгляде. Начинает разговаривать — про погоду, про впечатления от Таиланда, стандартный курортный флирт, ни к чему не обязывающий. Его голос приятный, ненавязчивый. Я слушала и думала — нормальный человек. Просто нормальный человек разговаривает со мной на пляже. Ничего особенного.

Откуда ни возьмись — Вася! Материализуется буквально из воздуха, будто призрак — я его не видела, не слышала, не почувствовала. Представляется моим парнем — обнимает за плечи, целует в макушку. Я ощущаю его руку на своём плече — тяжёлую, горячую, со смыслом. Лицо мужчины становится разочарованным, он извиняется и уходит. Я смотрю ему вслед.

Вася тащит меня в бунгало. Одно из двух, которые они арендовали прямо на берегу, с видом на океан — красивое, надо признать, с деревянными ставнями и циновками на полу, и этим постоянным звуком волн за окном.

В бунгало уже Сева — сидит на кровати, закуривает сигарету. Откуда они все взялись одновременно?! Следили, что ли? Он бросает меня на кровать — я отскакиваю на пружинах, слышу скрип матраса:

— Слушай, я не понял. Ты что-то попутала.

По глазам вижу моментально — заправился кокаином недавно. Зрачки расширены до предела, взгляд лихорадочный, нервный, с этим знакомым мне электрическим блеском. Лучше не спорить сейчас, не провоцировать. Я это уже усвоила — телом, инстинктом.

— Сева, прекрати, — говорю максимально спокойно. — Он сам подсел ко мне. Я просто лежала, никого не трогала.

— Значит, глазки строила.

Голос жёсткий, обвиняющий, не оставляющий пространства для оправданий. Я слышу в нём ту особую интонацию, которую хорошо уже выучила — когда слова сказаны, но ответ уже не важен.

— Ничего я не строила. Лежала с закрытыми глазами, отдыхала.

Заебали уже придирками. Держусь из последних сил, чтобы не сорваться. Под ребром горит маленький злой огонь.

— Значит, так лежала, что он не мог не подойти.

Не унимается, ищет повод для скандала.

— Может, мне вообще никуда не выходить? Сидеть в четырёх стенах?

Бесит уже до дрожи в пальцах. Но опасно сейчас отвечать ему дерзко — может сорваться. Я чувствую это как температуру в комнате — поднялась, опасная зона.

— Так да. Давай-ка закроем тебя здесь. Связать тебя, что ли?

Он ищет глазами по комнате, чем связать — верёвка, ремень, что-то подходящее. Блять. Этого только не хватало. Я вижу его взгляд — методичный, хозяйский.

Вася понимает — дело пахнет керосином, ситуация выходит из-под контроля. Если Сева завёлся, неизвестно, чем кончится. Он кладёт руку ему на плечо:

— Сев, брось, — пытается успокоить. — Она реально просто лежала под зонтом. Я видел. Он сам подвалил, начал разговор. Я просто границы обозначил товарищу, всё.

Я встаю, чтобы уйти — хотя это маловероятно, дверь наверняка заперта. Сева снова бросает меня на кровать — резким толчком, я падаю навзничь, слышу пружины:

— Ты куда? Тебя никто не отпускал.

Снимает плавки — резким движением, шлёпаются на пол, ткань шуршит. Садится на меня сверху — чтобы сделала минет, успокоила его таким образом. Вася пристраивается между ног, к киске. Запах моря на коже — солёный, морской — смешивается с запахом разгорячённых тел. Волны за окном продолжают шуметь. Им до этого никакого дела нет.