Книга Личный аптекарь императора. Том 10, страница 116 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Именно поэтому я ещё раз повторяю: никогда не трогай мои зелья, — с нажимом сказал я и строго посмотрел на него. — В это раз я сделал летучий состав, который может разнестись по ветру на довольно большое расстояние. Если бы он был ядовитым, тебя бы уже не было в живых.

— Фух-х-х, — он провёл рукой по лицу и кивнул. — Согласен — виноват. Чёрт дёрнул засунуть свой любопытный нос в твои дела. Больше такого не повторится.

Дед с Кириллом двинулись к дому, а я зашёл в лабораторию, закупорил пробирку с зельем и убрал её в карман. Время действия зелья примерно три часа. Если пустить его в сторону османов, то на расстоянии примерно двух сотен метров не останется взрослых людей и нужно будет лишь ловить детей во взрослых телах. Это относительно безопасное зелье может сослужить нам хорошую службу. Надо будет приготовить по меньшей мере ещё пять пробирок.

После обеда я заперся в лаборатории и запретил кому бы то ни было мешать мне. У меня было несколько идей, которые я хотел воплотить.

К вечеру, когда опустошил весь свой источник, я устало опустился на высокий стул и посмотрел на коробку с зельями. В стеклянных пробирках блестели и переливались жидкости. Некоторые из них я готовил сотни раз, но большинство были новинками. Их рецепты уже давно были в моей голове, пришёл черед создать.

Передохнув немного, я закрыл коробку крышкой, зажал подмышкой и вышел из лаборатории. В полутьме город сверкал огнями. По дороге носились машины. Прохожие с интересом рассматривали наш особняк, украшенный огромным количеством гирлянд. Неподалеку слышался детский смех и радостный собачий лай. Вот она — обычная мирная жизнь. Я бы хотел, чтобы всё так и оставалось, но интуиция подсказывала, что нужно приложить недюжие усилия и способности, чтобы остановить угрозу, надвигающуюся с запада.

Когда зашёл в дом, обнаружил, что вся семья уже в сборе, но никто не осмелился мешать мне. Наверняка дед постарался после того что с ним случилось.

Мы поужинали, неспешно разговаривая о делах. Затем перешли в гостиную, где посмотрели последние новости и разошлись по комнатам. Я ни слова не сказал о том, что через два дня уезжаю. Хочется продлить состояние спокойствия и размеренности, которые пропадут, я уверен, как только расскажу о своих планах.

На следующее утро я поехал в академию. Учёба ещё не началась, но я посчитал неправильным просто пропасть. Нужно уведомить хотя бы декана, что меня не будет и я не знаю, когда вернусь, вернусь ли вообще. Я не бессмертен, и ни одно зелье не спасёт меня от смертельной раны.

Академия пустовала. Деканат был закрыт, и единственным, кого я нашёл из своих преподавателей, был профессор Щавелев. Он находился в первой лаборатории и делал какую-то настойку. Щавель так увлёкся своим делом, что даже не заметил, как я зашёл и подошёл к нему.

— Здравствуйте, профессор, — поздоровался я.

— Ох! — мужчина испуганно подпрыгнул и резко поднял голову. — Саша, вы меня напугали. Здравствуйте.

Мы обменялись рукопожатиями.

— Что делаете?

— Хочу сделать концентрат сока семилистной гвоздики, — он указал взглядом на мутную жидкость цвета грязной лужи. — А вы что здесь делаете? Каникулы ещё не закончились.

— Знаю. Просто пришёл предупредить, что меня какое-то время не будет.

— Уезжаете? — он вопросительно посмотрел на меня.