Книга Личный аптекарь императора. Том 10, страница 114 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Утром меня никто не разбудил, поэтому я проспал до самого обеда. Проснувшись, взглянул на часы, тут же схватил телефон и позвонил Орлову.

— Сергей Кириллович, это я. Что решили? — выпалил я, едва услышал его голос.

— Три дня на подготовку, и на фронт, — тяжело вздохнув, ответил он. В его голосе слышалось недовольство.

— Вы не хотите ехать? — предположил я.

— Не в этом дело, — он замолчал, будто не мог подобрать слов. — Придётся набирать новых бойцов, ведь прошлых я не уберёг.

— Вы ни в чём не виноваты и чудом сами спаслись.

— Это понимаем мы с тобой, а не те семьи, что потеряли своих родных. Завтра встречаюсь с матерями погибших бойцов, чтобы вручить им медали их сыновей и материальную помощь. Даже не знаю, как всё пройдёт. Тяжело это.

— Понимаю. Помощь моя нужна?

— Нет, я сам. В такие моменты я жалею, что остался жив. Лучше бы спас кого-нибудь из тех молодых сильных парней, а себя. Горько, очень горько.

— Держитесь. У вас будет возможность отомстить османам.

— Ты прав. Только об этом и мечтаю… Готовься, если решил ехать со мной. Но об этом Лене ты сам скажешь. Мне хватает слёз жены.

— Хорошо. Созвонимся.

Я сбросил звонок, поднялся с кровати и направился в ванную. Когда спустился вниз, оказалось, что все разошлись по делам, и осталась только Настя. Они с Шустриком в гостиной смотрели телевизор.

— Надо посадить Шустрика на диету, — сказал я, когда увидел, что зверёк вытащил из-под подушки пирожок и принялся его есть.

— Как? Я пыталась ограничивать его в еде, но он сам берёт что хочет. Даже у охранников еду ворует, — рассмеялась сестра.

— Может, в анобласть его отправить? Зоркий за ним присмотрит.

— А ты уверен, что он у Зоркого не будет еду воровать? Останется твой чудик без своих яблок и капусты. Нашему обжоре всё равно что есть.

И тут мне пришла в голову одна идея. Шустрик может быть очень полезен в лагере. Пожалуй, возьму его с собой, но Насте пока не буду говорить.

Пообедав с сестрой, я решил проверить то зелье, что приготовил ночью из Венца смерти. Накинув на плечи отцовскую соболью шубу, вышел на улицу и чуть нос к носу не столкнулся с Кириллом Поповым.

— Здорова. А я к тебе. Хотел поговорить насчёт Глеба. Оставишь его своим телохранителем?

— Нет. Он в твоём распоряжении.

— Ладно, как скажешь. Но он не против и дальше отвечать за твою безопасность, поэтому если что-то понадобится, обращайся к нему — поможет.

— Хорошо. Спасибо, — кивнул я и двинулся в сторону лаборатории.

— Кстати, передай Григорию Афанасьевичу, что я связался со спецами, и завтра начнём дополнительно закрывать куполами лаборатории, — сказал он мне вслед.

— Скажи сам, я не знаю, когда с ним увижусь.

— Так ведь он в лаборатории. Уже час там сидит.

— Да ты что, — испуганно выдохнул я и опрометью бросился к лаборатории.

Я рванул к лаборатории. Кирилл понял, что случилось что-то нехорошее, и побежал за мной. Рывком открыв дверь лаборатории, я увидел деда. Он сидел на полу и складывал башню из пустых коробков для сыпучих ингредиентов.

— Григорий Афанасьевич, что с вами? Вы здоровы? — настороженно спросил начальник службы безопасности. Он стоял рядом со мной и с трудом переводил сбившееся дыхание.

— А? — с растерянным видом дед посмотрел на нас и еле слышно спросил. — Вы кто такие? Почему я вас не знаю?