Книга Фиктивный брак. Бриллиант напоказ, страница 31 – Ляля Либерман

Контракт.

Юридический документ.

Срок — год.

Пункт о дистанции.

Пункт о вопросах.

Пункт о публичном бриллианте.

Я смотрела на него и чувствовала не ярость. Разочарование. Почти взрослое. Такое, которое не требует слёз немедленно. Просто делает внутри пусто.

— Понятно, — сказала я.

Он, кажется, ждал чего-то ещё. Может быть, новой реплики. Или возражения. Но я уже не хотела ничего выяснять. Попытка провалилась. Полностью. Не потому что он победил в споре. Спорить оказалось не с кем. Система не ссорится. Она просто напоминает условия.

Я сняла серьги, положила их на тумбочку и сказала:

— Тогда, наверное, на этом и остановимся.

— Ксения…

— Нет. Не надо.

Я подняла руку. Чтобы он не продолжал.

— Всё. Я услышала.

Он замолчал.

Снова эта тишина. За закрытой дверью гостиничного номера она звучала особенно странно. Не как пауза после ссоры. Печать под уже сказанным.

Я взяла пижаму и ушла в ванную.

Там было слишком яркое зеркало и белый свет. Я закрыла дверь, включила воду и некоторое время стояла, опираясь ладонями на раковину. Глаза были сухие. Лицо спокойное. Только в горле стоял ком, который не имел ничего общего с романтическими страданиями. Скорее с унижением. С тем редким, неприятным видом унижения, когда тебя никто не оскорбил напрямую. Но ты очень ясно понимаешь, какое место тебе отвели.

Умылась холодной водой. Посмотрела на себя.

— Молодец, — сказала я отражению шёпотом. — Выяснила.

Отражение ничего не ответило.

Когда я вышла, Артур уже сидел в кресле у окна. В темноте. Только городской свет лежал на его лице полосами. Он не смотрел на меня. Или делал вид, что не смотрит. Мне было всё равно.

Я легла в кровать, отвернулась к стене и выключила лампу.

Некоторое время мы молчали.

Потом он сказал:

— Я не хотел тебя задеть.

Я закрыла глаза.

«Вот сейчас, — подумала я, — будет что-то человеческое. Позднее, неуклюжее, но хотя бы что-то».

Но он добавил:

— Я просто не хочу, чтобы у нас были ложные ожидания.

И всё снова встало на место. Ровно, холодно, правильно.

— Не переживай, — сказала я в темноту. — Уже нет.

После этого больше никто ничего не говорил.

Ночь была длинной. Город за окном светился чужими огнями. Кондиционер шумел. Где-то далеко хлопнула дверь. Я лежала, не двигаясь. Чувствовала, как внутри меня медленно перестраивается отношение к Артуру Демидову.

До этого он казался мне трудным. Закрытым. Чужим.

Теперь он стал понятным.

А от понятных вещей иногда больнее всего.

Утро началось неожиданно тихо.

Артур уехал рано. Я услышала только короткий щелчок замка и звук лифта где-то в коридоре. Он не будил меня и не оставлял записок. Сообщений тоже не писал. Это стало уже привычным. Человек системы. Если в расписании нет пункта «разбудить жену», значит не будет.

Я лежала ещё несколько минут, глядя в потолок гостиничного номера. Бежевый, ровный, с аккуратными стыками панелей. Вчерашний разговор всё ещё лежал где-то внутри, как неприятный камешек в кармане. Не острый, но мешающий. Я переворачивалась с боку на бок, а он всё равно чувствовался.

«Это контракт».

Фраза звучала спокойно и безжалостно. Он сказал это вчера, когда я спросила про нас. Про то, что происходит между нами. Посмотрел своими светлыми глазами и произнёс эти слова. Без эмоций. Как напоминание. Точно папка с документами не лежала у меня в сумке все эти дни.