Книга Девочка с фермы и мажор, страница 181 – Елена Твардовская

— Ты врёшь, — Марго всхлипнула. — Если бы ты постоянно ела пирожные, ты бы не выглядела как супермодель.

— Ты выглядишь как супермодель, — парировала Ева.

— Я знаю, — Марго кивнула, и её плечи снова затряслись. — Но почему я тогда такая неудачница?

Ева не выдержала и нервно рассмеялась. Ситуация была абсурдной — Маргарита Власова, дочь чиновника, красотка, которая могла заполучить любого мужчину, сидела в маленькой пекарне, размазывала тушь по щекам и жаловалась на жизнь. Заметив реакцию Евы, Марго зарыдала ещё сильнее.

— Да объясни хоть, что случилось! — взмолилась Ева, перестав смеяться.

— Валера меня бросил, — всхлипнула Марго.

— А вы что... встречались?

— Да. И он меня бросил.

— Почему?

— Потому что я дура!

Слёзы по её щекам покатились с новой силой. Ева вздохнула.

— Марго, — она подалась вперёд, — что случилось? Скажи уже наконец.

Марго замолчала. Она смотрела на пирожное, и её слёзы капали на столик, оставляя тёмные пятна на светлом дереве.

— Ему надоели эти тайные встречи, — сказала она наконец. — То, что нам приходится постоянно прятаться, переживать, чтобы никто не заметил. Он сказал: либо мы наберёмся смелости и скажем всем, что мы вместе, либо нам надо всё закончить. А я... не понимаю. У нас всё закрутилось так быстро, — всхлипнула она, продолжив. — После разрыва с Глебом я была разбита. Очень сильно. Валера сначала не общался со мной и, я думала, он ненавидит меня, или осуждает, или всё вместе. Но однажды он пришёл ко мне в комнату. Утешил. И я его поцеловала. А потом мы переспали.

Ева слушала молча, не перебивая. Марго набралась храбрости и вновь заговорила.

— У нас начался тайный роман. Мы прятались, скрывались от друзей, от знакомых и... от моего отца. Я знала, что он будет против. И он убьёт его. Или меня. Или нас обоих. И мне было страшно, поэтому я хотела всё закончить. Вернуть на свои места: снова сойтись с Глебом, чтобы папа был доволен. Но появилась ты и... Я видела, как он на тебя смотрит, как с тобой говорит. Со мной он таким никогда не был, а я всегда этого хотела! И я ненавидела тебя за это! Точнее, я думала, что злюсь на тебя, но на самом деле я злилась на себя. Валера был рядом. И он стал моей поддержкой и опорой по-настоящему. Даже без близости. Он слушал, понимал, был рядом... И злился, когда я говорила о Глебе, о тебе, о вас... И тогда, на турбазе, после вашего поцелуя, я вдруг поняла, что у меня нет шансов. Что Глеб никогда не полюбит меня так, как тебя. И я снова поцеловала Валеру. Я понимала, что это уже не просто утешение, а что-то большее. И он тоже понимал. Я так думаю. А потом опять появилась ты и всё испортила! Я боялась, что ты расскажешь моему отцу, Валера говорил, что тебе это не нужно, но я всё равно боялась! И тогда Валера сказал, что мы больше не должны скрываться. Это глупо и однажды все всё равно узнают. И что он даже хочет, чтобы ты это сделала, избавив нас от груза. Но ты ничего не сказала.

Она замолчала, вытирая слёзы. Ева тоже молчала, не зная, что ответить. Марго была такой уязвимой, рассказала свой секрет, вытащила чувства наружу.

— И самое ужасное, — добавила она, и её голос дрогнул, — что я могу обсудить это только с тобой. Потому что никто больше не знает. А ты мне не нравишься.

Ева закатила глаза. И вот, Маргарита Власова снова стала прежней версией себя. Но она уже не плакала. И это обнадёживало.