Книга Цена любви и мести, страница 110 – Анастасия Разумовская

— Дайн… Но ведь в этом и смысл игры, — начала было Ирис шокировано.

— Вы все хотите моей смерти! Вы мятежники! И вас всех нужно повесить!

Задремавшая было Аарха встрепенулась и с любопытством посмотрела на принца.

— Мы победили честно, — не согласилась Ирис и повернулась к союзнику.

Баэрд молчал. Он поднял серебряный флаг и задумчиво крутил его в руках. На щеках мужчины ходили желваки.

— Переигрываем. Баэрд со мной, — сухо велел Дайн.

— Простите, Ваше Высочество, мне нужно выполнять распоряжение моего герцога, — отказался тот. — Моё время на игры вышло. Разрешите вас покинуть.

— Я с вами, — пискнула Ирис. — Хочу приготовить рулет. Ты же любишь вишнёвый рулет, Дайн?

Принц сузил глаза. Его ноздри раздувала ярость.

— Нет. Вы все останетесь. Я — король. Баэрд и Аарха со мной, Ирис за серебряных.

— Разве это честно, Дайн?

Не то, чтобы Ирис очень уж была нужна Аарха в команде, но… её поразили слова брата.

— Извините меня, Ваше Высочество, — холодно поклонился Баэрд и вышел.

У принца затряслись губы.

— Вот вернётся Ширан и разберётся! Со всеми разберётся! — звенящим от обиды голосом завопил Дайн. — Как он смеет нарушать мой приказ?! Я — его король! Я скажу герцогу, и тот вздёрнет этого нахала на виселице!

Ирис задумчиво посмотрела на брата. Вздохнула:

— Ваше Величество, мы ведь и без Баэрда справимся, — заметила мягко. — Зачем нам с вами муренец?

А про себя подумала, что будущему королю не помешала бы хорошая порка. Вот только… Будет ли толк от наказания? Да и есть ли кто-то, кто дерзнёт наказать принца? И потом… Дайн маленький, всеми брошенный, невыразимо одинокий. Избалованный — да, очень. Но всё же нуждающийся в любви. И если она, Ирис, не сможет его любить, кто вообще будет любить Дайна?

«Надо сначала стать ему другом, — думала принцесса, расставляя серебряные фигурки, — а потом уже пытаться воспитывать. Мне нужно отбить брата из-под влияния Ширана».

Выиграв четыре раза подряд, принц подобрел, повеселел и согласился отпустить сестру. Ирис поднялась из глубокого реверанса и сбежала вниз, на кухню, где и провела остаток дня в полное своё удовольствие. Рата учила принцессу печь жаркое, а Мэт — печенье, и девушка узнала от них, что на ужин герцога ждать не стоит. И на завтрак в замке его тоже не ждут. А Баэрд теперь — главное доверенное лицо хозяина.

Вечером, прочитав на ночь сказку Дайну, девушка сидела в своей комнате, на подоконнике, когда вдруг увидела, как во двор проскакала вороная лошадь. Сердце забилось, узнав всадника раньше, чем Ирис поняла, кто это.

Всё же он вернулся.

Принцесса спрыгнула с подоконника, забралась с ногами на постель, скинув тапочки, обхватила колени и испуганно прислушалась.

Тяжёлые шаги по коридору. Тяжёлые мужские голоса — слова заглушали стены. Ширан, она не ошиблась. Девушка к двери, чуть приоткрыв её и услышала Баэрдово:

— … если объявить о его казни, думаю…

Оба скрылись в кабинете. Они про Эйва? Сердце сжалось так болезненно, что Ирис едва смогла подавить крик. Прижала руку к груди, на цыпочках босиком подбежала к кабинету, бесшумно приотворила дверь так, чтобы образовалась незаметная щёлочка, и прислушалась.

— Вы уверены, что он ничего не знает? Всё же это было в его доме… А если они заодно?

— Уверен.

— А соседи?

— Ничего.