Книга Цена любви и мести, страница 107 – Анастасия Разумовская

А на столе в спальне трепетала на сквозняке приколотая булавкой записка: «Пап, прости, но ребёнку важны оба родителя. С любовью, твоя Елися».

ПРИМЕЧАНИЯ

Чёрное Пламя — Йошындар, крепость, о захвате которой Ширан говорил Ирис, когда рассказывал о своём отце, и которую, по словам герцога, отбил Изиргир, шестой князь тьмы и пламени

осьмица — календарный период из восьми дней

клятва грифокрота, грифокрот — легендарный бог, похожий на громадного крылатого крота, великий слепец, по нюху определяющий болезни и дарующий исцеление, основал тайный орден магов-целителей, преимущественно состоявший из эльфов. Клятва используется до сих пор при получении диплома врачевателя.

бритва тех времён больше похожа на складной скальпель

Ирис проснулась счастливой и стала ещё счастливей, осознав, что находится одна.

Эйв жив! Он жив!

Она вскочила с постели и закружилась, вскинув руки вверх. Рассмеялась, скинула рубаху Ширана, влетела в душ, принялась ожесточённо смывать с себя его запах, следы ночной страсти. Запрокинула лицо, позволяя струйками течь по щекам.

Эйв жив! Правда, ранен.

Настроение немного притихло. Ирис повернулась спиной к зеркалу, посмотрела на ягодицы. На них всё ещё были розовые отпечатки ремня.

— Эйв вытащит меня отсюда, — прошептала девушка и попыталась растереть пятна. — И казнит Ширана. А потом я уйду в обитель. И постриг приму. И…

Но это будет потом, а пока душу грела надежда и радость, что брат жив. Ирис замотала волосы в кремовое полотенце и выскочила из душа, пританцовывая.

Увидела большие серые глаза, совершенно круглые. Стремительно краснеющие щёки и прямой нос, даже светлые волосы, кажется, встали торчком. Ирис завизжала, стянула полотенце с головы и прикрылась.

— Простите, — прохрипел мужчина, отворачиваясь поспешно. — Я н-не подумал, что вы ещё не встали. Я зайду позже…

И выскочил в коридор. Ирис выдохнула. Баэрд, так, кажется, его зовут?

Она поспешно протёрла волосы, надела блузку и юбку, оставив нарядное платье висеть на вешалке. Отдышалась, взяла себя в руки, открыла дверь:

— Войдите, господин Баэрд. Вы что-то хотели сказать?

Голос пищал, выдавая пережитый испуг и неловкость. Всё ещё алый от смущения пёс герцога вошёл, неловко зацепив дверной косяк саблей.

— Простите меня, Ваше Высочество. Герцог велел приготовить для вас другую комнату. Когда вы будете готовы переселиться, скажите, и…

Ч-что?

Ирис почувствовала, что щёки стали холодными. Кажется, она побледнела.

— Почему? — вырвалось у неё.

— Мы не задаём Его Светлости таких вопросов.

Ну конечно! Чего это она. Ирис гордо вскинула голову. Полотенце соскользнуло, и мокрые волосы рассыпались по её плечам.

— Ведите.

Что ж. Приказы герцога не обсуждаются, не так ли? Видимо, Ширан решил снова отправить игрушку в камеру. А, может быть, Ирис ему просто надоела. «Вот и чудесно было бы, — мрачно подумала девушка. — И хорошо бы как можно дальше от него, пусть даже в подвальную тюрьму».

Но её привели в соседнюю комнату, ту, в которой Ирис жила в первые дни.

С невольным содроганием принцесса вошла и замерла на пороге. Здесь всё изменилось. Во-первых, вставили окна. Очень милые, с ромбами витража в нижней части. Во-вторых, стены были оклеены обоями: зелёный лес и пасущиеся олени. И… комната определённо стала больше! Ну точно: ведь раньше здесь было одно окно, а сейчас — два. Получается, сломали простенок? Кровать, не такая, как в спальне герцога, но достаточно просторная, застелена вишнёвым постельным бельём. Одеяло, подушка. Кружевной балдахин. На полу ковёр. Не цирасский, но тёплый. Миленький столик, креслице. И…