Книга Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода, страница 60 – Анастасия Пенкина

Она была права. Черт бы ее побрал. И не потому что рана на бедре, а потому что она сбоку и немного сзади, самой током не рассмотреть.

Волчок покусал за бочок, прямо как в сказке.

— Я позову матушку, — сказала я, собираясь встать.

— Не надо, — Фелисити мягко, но настойчиво усадила меня обратно. — Тетушка устала, пусть отдыхает. Я помогу. Я же с детства умела перевязывать, помнишь? В поместье мы с тетушкой вечно возились с ранеными птицами и зверюшками. Я справлюсь.

Я посмотрела на нее цепким взглядом. Милая улыбка. Невинные глаза. Невозможно отказаться, не показавшись излишне подозрительной.

— Хорошо, — сказала я сквозь зубы. — Спасибо.

Фелисити опустилась на колени передо мной. Я приподняла ногу и ее мягкие пальцы с идеальным маникюром коснулись моей ноги. Она осторожно задрала подол платья, обнажая бедро.

— Какая безобразная рана, — проговорила она, разматывая старую повязку. — И правда волк?

— А кто же еще, — ответила я.

Она осмотрела царапину. Потом, вместо того чтобы сразу накладывать новую повязку, зачем-то провела пальцами по коже рядом с раной.

Я в оба глаза следила за ее действиями. Недоверие к этой девочке-припевочке только расло с каждой минутой, что она пробыла в моей разваливающемся замке.

— Генерал тебя перевязывал? — спросила Фелисити небрежно.

— Да.

— Аккуратно сделано, — она подняла на меня глаза. — Он вообще... заботливый, да?

— С чего ты взяла?

Я взяла сложенную чистую ткань, налила в миску теплой воды из кувшина и добавила немного отвара коры ивы. Промокнула тряпицу и подала Фелисити, чтобы она промыла рану. Фелисити едва заметно поморщилась, но так, будто ей было просто жалко меня.

— Ну как же, — ответила Фелисити, улыбнулась и принялась накладывать новую повязку. Очень медленно. — Он в лесу тебя нашел, рану перевязал, до замка довел. А за обедом на тебя так смотрел...

— Как?

— Не знаю, — она пожала плечами, не прекращая перевязку. — По-другому. Не так, как раньше.

Я молчала, следя за ее руками. Она явно не спешила.

— Вы с ним теперь... помирились? — голос невинный, но глаза смотрят пристально.

— Мы не ссорились, — ответила я ровно. — Мы в разводе, потому что я теперь в изгнании. Это разные вещи.

— Ах да, конечно, — Фелисити вздохнула. — Просто я подумала... раз вы вместе из леса пришли...

Она замолчала и, бросив быстрый взгляд в сторону, где стояли мои банки с мазями и отварами, спросила:

— А это все ты сама делаешь? Травы настаиваешь? Это так... необычно для тебя.

— Обстоятельства изменились, — бросила я. — Приходится учиться новому.

— Помню, ты терпеть не могла возиться в саду, — Фелисити усмехнулась. — Говорила, что это для простолюдинок. А теперь вон как...

— Люди меняются, Фелисити.

— Да, — она кивнула и затянула повязку чуть туже, чем нужно. — Я уже заметила.

Я отдернула ногу:

— Спасибо. Дальше я сама.

Она поднялась, отряхивая платье, и посмотрела на меня своими невинными глазами:

— Я просто беспокоюсь о тебе, кузина. Мы же семья.

— Я помню, — сказала я совершенно ровнодушно. — Спасибо за помощь. Тебе, наверное, тоже надо отдохнуть с дороги.

— Да, конечно, — Фелисити направилась к двери. — Я пойду в комнату тетушки. Мы там поместимся?

— Поместитесь.

Она вышла, и я наконец выдохнула.

И почему она так смотрела на мои банки с травами?