Книга Я – Ректор Академии Темных Тварей, страница 92 – Тина Солнечная

— Я хочу попробовать кое-что, — сказал он негромко, почти сдержанно. — Только если ты не против.

Я встретилась с ним взглядом.

— Я не против.

Он выдохнул, медленно, будто именно этого ответа и ждал. Его пальцы осторожно стянули с меня бельё.

Он придвинулся ближе, его тело накрыло меня мягко, и я почувствовала — его возбуждение было почти невыносимым. Он не стал врываться в меня. Только прижался к моему телу, проводя головкой члена между моих бёдер, скользя по влажной коже, по чувствительной точке, заставляя меня снова задыхаться от этих движений — медленных, обволакивающих.

Он не пытался войти. Просто тёрся, будто сам себе не позволял большего, сдерживая себя до последнего, и в этом было что-то невероятно интимное. Его дыхание участилось, губы метались по моей шее, щеке, плечу, а руки всё ещё держали меня бережно.

— Ты даже не представляешь… как сильно я тебя хочу, — прошептал он, прижимаясь сильнее, позволяя себе чуть больше давления, скользя по мне, доводя себя до грани, но всё ещё не переступая её.

Его дыхание становилось всё более тяжёлым, движения — неровными, почти отчаянными. Он тёрся о меня, скользя между моих бёдер, и я чувствовала, как он едва сдерживает себя, как дрожь проходит по его телу, как он сжимает простыню рядом, будто ищет в ней опору, чтобы не потерять контроль и не проникнуть в мое лоно.

Я обняла его крепче, провела пальцами по спине, прижимая ближе, наслаждаясь необычной близостью.

Он наклонился, уткнувшись лицом в мою шею, и простонал сдавленно, тяжело, и горячая жидкость растеклась по моему животу.

— Прости, — прошептал он, едва слышно, прикасаясь губами к моей щеке. — Я… не хотел, чтобы это было так. Но ты сводишь меня с ума.

Он не спешил отпускать меня, его ладонь медленно скользнула ниже, к моим бёдрам, легко прошлась по горячей, чувствительной коже. Его пальцы скользнули между складочек — осторожно, но уверенно, будто он знал, как довести меня до дрожи одним движением.

— Чёрт… — выдохнул он, прижимаясь лбом к моей щеке, — ты такая мокрая…

Он задержал дыхание, будто снова пытался взять себя в руки.

— Я рад, что хотя бы пальцами могу быть внутри тебя, — прошептал он, пока его пальцы снова скользнули в меня и в его голосе звучала хриплая усмешка, в которой было больше жажды, чем покоя. — Но, честно… я с ума схожу от мысли, каково будет, наконец, взять тебя всю.

Я зажмурилась от нахлынувшей волны желания — горячей, необузданной. И всё, что смогла, — это потянуться к его губам в немом ответе, в котором было куда больше согласия, чем слов.

Этой ночью мы так и не поговорили — ни о прошлом, ни о будущем, ни о том, кем он был и где его искать. Не потому, что не хотели…

А потому что он снова и снова доводил меня до грани.

Его руки не уставали скользить по моему телу, искать самые чувствительные места, возвращаться к ним, вызывать дрожь и стон, чтобы снова начать всё сначала. Он знал, когда замедлиться, чтобы я не сорвалась, и когда прижать сильнее, чтобы я выгнулась под ним, теряя контроль. Я тонула в этих прикосновениях, в его голосе, в поцелуях, от которых кружилась голова.

Он не торопился. Будто хотел выучить меня наизусть. Каждый раз, когда я подбиралась к пику, он отступал ровно настолько, чтобы не дать мне сгореть дотла — а потом начинал сначала. Снова и снова.