Книга Я – Ректор Академии Темных Тварей, страница 90 – Тина Солнечная

Я сделала глоток. Вкус терпкий, насыщенный, чуть пряный — как и сегодняшний день.

Подтянув колени к груди, обняла их одной рукой, а в другой держала бокал и смотрела в окно. Тьма уже опустилась на Академию, и тишина снаружи казалась обманчивой — за ней прятались тайны, интриги, желания, и я была в самой гуще всего этого.

Как чудно сейчас выглядит моя жизнь…

Двое мужчин, которые носят на теле мою метку. Один — некромант, мрачный и тёплый одновременно. Другой — дракон, вспыльчивый, опасный, но невероятно страстный.

А я, ректор, магиня (или это я ведьма?), студентка и… женщина.

И, что самое странное — мне нравится. В этом хаосе есть вкус, сила. Есть я.

Я сделала ещё один глоток и чуть улыбнулась. Потому что, как бы абсурдно это ни звучало, сейчас я ждала ночи. С нетерпением.

Потому что знала — увижу ЕГО. И, если сон позволит, я снова коснусь его губ.

Я улыбнулась своей мысли. Да, в своем родном мире, я бы никогда не позволила себе желать нескольких мужчин одновременно. Еще и в один день. Но тут это казалось таким правильным и естественным.

Сон подкрался незаметно — тёплой тенью, мягким шелестом постельного белья, мерцающей границей между мыслями и тишиной.

Когда я «проснулась», комната вокруг была незнакомой, но почему-то не пугала.

Серые стены, скромная обстановка: кровать с аккуратно заправленным покрывалом, простой деревянный стол с расставленными бумагами и одно-единственное окно, закрытое плотной тёмной тканью. Словно кто-то не хотел, чтобы сюда проникал внешний мир.

Гостиница? Комната для уединения? Временное пристанище?

Всё здесь было чуть мрачновато, но не отталкивающе. Наоборот — в этой сдержанной строгости чувствовалось что-то личное, даже уютное. Воздух пах бумагой, чернилами… и чем-то тёплым, едва уловимым — его запахом. Интересно, пахнет ли он также и в жизни?

Он сидел за столом, склонившись над бумагами, держа в руке перо. Его лицо было по-прежнему скрыто от меня — будто сон всё ещё оберегал тайну — но когда он почувствовал, что я здесь, он сразу отложил бумаги и… улыбнулся.

Я не могла этого увидеть. Но ощущение пробежало по коже, по телу — словно тепло, будто прикосновение.

Словно эта улыбка предназначалась только мне.

Я сделала шаг. Потом второй. Подошла ближе к столу, попыталась заглянуть в его бумаги, но строки на них будто расплывались, исчезали, стоило мне сосредоточиться. Как вода, ускользающая из пальцев.

— Хотелось бы мне знать, кто ты… — вырвалось у меня. — Или хотя бы где ты.

Он встал. Сократил расстояние, всего за пару шагов оказался рядом. И прежде чем я успела отступить — обнял.

В этом объятии было всё, что ему так долго приходилось сдерживать. Он зарывался пальцами в мои волосы, прижимал к себе крепче, словно боялся, что я снова исчезну. И когда его губы коснулись моих, это был не просто поцелуй. Это был голод, тоска, жажда. И нежность одновременно.

— Я скучал, — прошептал он, уткнувшись лбом в моё плечо. — До невозможности.

— Я тоже скучала, — прошептала я, пряча лицо у него на груди.

Он резко выдохнул, как будто эти слова были для него больше, чем признание. Его руки мгновенно крепче сомкнулись на моей талии, и в следующую секунду я уже взвизгнула от неожиданности — он подхватил меня на руки.

— Эй! — я засмеялась, уткнувшись лбом ему в плечо.