Книга Благородные устремления, страница 27 – Анастасия Медведева

Тяжелый взгляд генерала тревожит мою душу - но в её глубине я спокойна. Мы выкупили ткани, вернулись в дом, протерли лица после пыльной улицы, сменили одежды, выложили из короба сладости на видное место, заварили чай; и я даже успела отправить Вэнь «вернуть короб» - чем она и занимается, пока генерал сидит передо мной! А после посещения пекарни она сходит на пристань и посидит в чайной, напряженно глядя на пришвартованные корабли... а то, что девочка оставит какой-то сверток на табурете - так того даже самый глазастый не заметит, ведь человек из команды капитана Баруха умеет подбирать вещи так, словно те всегда принадлежали ему.

Всё хорошо. Меня не за что ругать. Я веду себя достойно и не подставляю генерала.

— Ты вела себя неподобающе на людях, - произносит генерал.

Смотрю на его светлые волосы, на волевое лицо с пронзительным взглядом ореховых глаз. И опускаю голову, потупив взор.

— Вы уже узнали о Вэнь и её семье... - протягиваю тихим голосом.

— Мне плевать на происхождение твоей служанки. И я мог бы похвалить тебя за то, что ты позаботилась о её бумагах. Но ты привлекла слишком много внимания в лавке тканей, - отвечает генерал.

Так, вот, чем он недоволен.

Семья Вэнь держит язык за зубами, я в этом уверена: они слишком напуганы мыслью быть втянутыми в проблемы Приграничья. Но генералу не понравилось, что я прилюдно обещала помощь девушке с кровью вэйтарцев и прошлым рабыни. Это двойное попадание в центр наболевшего...

— Ваше имя не было произнесено вслух. Моё положение не было обнародовано. Много ли в Приграничье господ, ожидающих прибытия родителей? Бесконечно много, - позволяю себе защищаться.

— Ты непослушная.

Два слова, а на мне словно кандалы появились.

Он всё понимает - и почему я привлекла внимание, и почему сделала это в шляпе с вуалью, скрывая свою личность...

Разумеется, я хотела быть раскрытой: если не говорить вслух о большой проблеме, она рискует стать обыденностью!

Но почему он так быстро догадался, что всё произошедшее было представлением вовсе не для его слуги?

Он мысли читать умеет?..

— Я вновь расстроила господина, - шепчу, не смея поднять головы.

Надеюсь, по крайней мере, что это выглядит так.

Изображать кроткую после стольких лет суровой закалки характера... довольно непривычно.

— Я уже думаю не выпускать тебя вовсе, - делится со мной генерал, не отрывавший от меня глаз.

— Вы можете запереть меня, можете запугать ещё сильнее, но чего вы ожидаете в итоге? - задаю вопрос мелодичным голосом.

Наслушалась этих голосов благородных барышень в чайной, где работала, и в лавке румян, где подрабатывала, когда в чайной была не моя смена...

Мне приходилось много работать, чтобы содержать себя в семье, которая содержать меня не хотела.

Разумеется, все эти сложности я познала не сразу, а уже будучи молодой девушкой, успешно воспитавшей ребёнка своих дальних родственников и сообразившей, что из этой семейки надо бежать побыстрее, предварительно скопив денег для собственного начинания... но троюродная тётушка заметила моё рвение и поспешила найти мне мужа, чтобы заработать на приданном до моего побега - когда она уже не смогла бы меня обобрать.

— Что за дерзость?

В спокойном вопросе генерала звучит откровенное предупреждение.