Книга Жена северного князя, страница 34 – Адель Хайд

Я оглянулась на терем, и мне показалось, что в окнах, с той стороны, где были покои княгини Ольгерды, кто-то стоит и смотрит, и я рукой махнула. Даже если её там и не было, лишним не будет.

Больше никто нас не задерживал. И даже погоню за нами не отправили, хотя мы, на всякий случай, несколько часов гнали лошадей без перерыва, не останавливаясь.

«Неужели я поступила неправильно?» — мучила я себя мыслями. — «А вдруг я дала повод Ольгерде? Напишет она Яромиру, что я сбежала, потому что шпионка. Поэтому и не догоняют, что радуются, что я сама себе яму вырыла».

Но потом я решила эти мысли дальше не развивать, успокоила себя тем, что Приладожье теперь тоже княжеская территория, относится к Северному княжеству, и, если я там немного поживу, то ничего страшного не случится.

* * *

В этот раз дорога далась мне тяжело. Видимо, потому что в тот раз, когда я только ехала на свадьбу, это была моя первая неделя в этом мире, и я от «радости» особо неудобств не замечала. А в этот раз три дня в пути вымотали меня настолько, что, когда оставалось совсем немного, мне казалось, что затекли не только ноги, но и всё остальное, и спина, и руки, и даже голова, так меня раздражала эта бесконечная белая заснеженная пустыня!

А вот Ругенвальд, наоборот, радовался:

— Душно там в тереме было, развернуться негде, а здесь, красота.

Он в основном верхом ехал, я, говорят, тоже умела, но это Ингирра умела, а я опасалась, но решила, что как приеду в Приладожье начну пробовать.

А когда неожиданно мы выехали на высокий берег, под которым лежало замёрзшее озеро, а на дальних берегах озера стоял огромный лес, то у меня усталость от дороги вмиг прошла.

Потому что именно в этот момент я поняла, что сделала всё правильно.

* * *

Приладожье было приграничным городом, и город носил название Альдейборг, и, по сути — это был один город и прилегающие к нему поселения, и, как и у всякого приграничного города в нём была крепость, но крепость этого города отличало то, что она была полуразрушенная.

Мы в город въехали после полудня, проехались по узким улочкам, разглядывая, плотно поставленные дома, проехали мимо торговой площади, где стояли построенные торговые ряды, мимо порта, и добрались до крепости. Когда мы её увидели, то стало ясно, что жить в ней нельзя.

И Ругенвальд отправил хирдманов искать для меня самый богатый дом. Парни не растерялись и нашли быстро, это был дом посадника, который сначала было попытался воспротивиться, но поскольку силы были неравны, и ему грозило оказаться на улице, в конце концов гостеприимно распахнул ворота дома.

Звали его Павел, и был он среднего возраста, полный мужчина, лицо хитрое, довольно бойкий, и когда стали разбираться что к чему оказалось, что язык у него прилично подвешен.

Павел поведал нам, что Приладожье некогда было ярлством, но после того, как отец Яромира разбил шверийское войско, военный поход которого возглавлял ещё мой дед, вернее, дед Ингирры, с тех самых пор территории считались спорными, но посадника сюда посадил Северный князь, в лице доверенного боярина Остромира.

Узнав об этом мне захотелось громко хмыкнуть: «Наш пострел везде поспел».

И невесту Яромиру привёз, племянницу свою Любаву, и посадника в моё приданное посадил, и меня в шпионаже обвинить пытался. Похоже, что и с этим умником мне придётся разбираться.