Книга Темные тропы, страница 28 – Джули Шэн

Это было кольцо. Сплющенное с одной стороны кольцо, возможно серебряное, но поразило не это, а знак, выбитый на уцелевшей части. Самтхэгык.^[37] Не то чтобы Дохён никогда не видел его прежде, но то, как он был выполнен…

— На медальоне мамы был такой же, – прошептал он и, сжав кольцо, закрыл лицо рукой.

Ким Джинхва, их с Харой мать, происходила из шаманского рода, как рассказал отец незадолго до своего исчезновения, но была слаба и не приняла силу. И если до сегодняшнего дня Дохён ещё сомневался в словах отца, то сейчас… Были основания поверить ему.

Неприятное предчувствие тяжестью опустилось на плечи. Каким образом можно оградить Хару от всего этого? Что, если могущество нескольких поколений рода пробудится именно в ней? У Дохёна перед глазами был пример Сонджу, и шаманка не выглядела счастливой. Она служила своему дару, и это было проклятием. Дохён не хотел такого будущего для своей сестры.

Просидев так какое-то время, он вздохнул и, задрав голову, встал, схватив с плиты телефон с горящим фонариком. Нужно было добраться до лавки и ещё кое-что проверить: кажется, Дохён догадался, про какую «проклятую кровь» говорилось в отцовских дневниках. Но он помедлил. Его внимание привлекала дёрнувшаяся тень на своде пещеры. Она, высокая и бесформенная, не принадлежала ему.

Лёгкий порыв холодного воздуха коснулся спины, и Дохён резко обернулся, отступив. Перед ним никого не было. Тень скользнула по стене и дёрнулась в его сторону. Фонарик жалобно моргнул и погас. Тьма мгновенно сгустилась вокруг и обрушилась на Дохёна резким толчком в грудь. Он попытался ухватиться хоть за что-то, но пальцы скользнули по воздуху, не встретив опоры, а затем земля ушла из-под ног. Всё перевернулось.

Пещера, которую Дохён только что видел, изменилась до неузнаваемости. Стены, будто дыша, подрагивали. Из многочисленных трещин сочился чёрный дым. Земля выглядела влажной, словно была покрыта тонким слоем воды, и каждый шаг Дохёна пускал круги по глянцевой поверхности. Вокруг царила удушающая тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом, будто тысячи ног маршировали где-то глубоко под землёй.

Пройдя немного вперёд и осмотревшись, Дохён попытался понять, куда попал. Он подсвечивал путь экраном телефона, продолжая крепко сжимать кольцо в кулаке, потому что фонарик так и не включился. Спустя пару минут Дохён решил двигаться в обратном направлении, но выход из пещеры пропал. На его месте теперь находилась стена, на которой ярко горело единственное слово: «Заблудший».

— Чёрт, – пробормотал Дохён, обернувшись.

По сторонам внезапно образовались ходы. Они растягивались, изгибались, как бесконечные змеи, но идти в них Дохён не торопился. Сонджу предупреждала, что граница между мирами здесь особенно тонка, и, видимо, Дохён случайно переступил её.

— Как отсюда выбраться? – спросил он тихо сам себя, направив экран телефона вверх и надеясь найти хоть какой-то лаз.

— Ну, вот и ты, – произнёс кто-то.

Дохён развернулся и застыл. На каменной плите сидел мужчина. За его спиной плясали языки пламени. Длинный чёрный плащ ниспадал на землю, сливаясь с дрожащей тенью. Волосы, блестящие, как вороново крыло, аккуратно зачёсанные назад, подчёркивали бледность лица. Но взгляд… Взгляд его тёмных глаз был настолько пронзительным, что от него хотелось скрыться.