Книга Целительница для генерала. Я его лекарство после развода, страница 108 – Екатерина Гераскина

Я вопросительно выгнул бровь, немного остывая.

— Тогда как мы заставим их отступить, не спугнув алхимика? Мортимер уже прислал мне списки гостей. Он прет, как таран.

Кейган, до этого молча слушавший нашу перепалку, едва заметно усмехнулся краешком губ.

— Мы всё обыграем так, Нортан, чтобы они подумали, что их тоже одурачили, — вступил глава тайной канцелярии. — Что они здесь ни при чем, и их гениальный план просто дал осечку из-за непредвиденных обстоятельств.

— Именно, — кивнул Эрэйн, подходя ближе. — Ты официально объявишь, что твоя истинная пара — совершенно другая девушка. Мы пустим слух, что зов крови сработал внезапно, непреодолимо. Мортимер хитер, но он труслив. Когда он поймет, что привязка на Виту не сработала, а у тебя появилась реальная, признанная драконом пара, они испугаются. Они подумают, что зелье дало сбой, или что Кирин дар помог. Эмиралды сами дадут заднюю, чтобы не привлекать внимание к своему провалу.

Я потер подбородок, обдумывая этот план. В нем был смысл, но была и зияющая дыра.

— Они могут не поверить в это, Эрэйн. Изумрудные слишком долго плели эту паутину. Они подозрительны.

— Они могут и не поверить, — спокойно согласился император, и в его голосе зазвучала сталь. — Но открыто больше ничего предпринимать не будут. Как только ты объявишь о другой истинной, любой их шаг против тебя будет расценен как прямое нападение на героя Империи и его семью. Они уедут. Затаятся. Будут пытаться понять, где ошиблись.

Кейган хищно оскалился, похлопав рукой по кожаной папке.

— А мы в это время будем за ними пристально наблюдать. Каждый их шаг, каждый контакт, каждое переданное письмо. Они сами приведут нас к своему алхимику.

Я переводил взгляд с Эрэйна на Кейгана. Двое самых опасных людей в Империи сейчас предлагали мне сыграть в тонкую, многоходовую игру.

Мой зверь всё еще хотел крови прямо сейчас, но разум понимал: ради безопасности Киры, ради её спокойного будущего мы должны вырвать этот сорняк с корнем, а не просто срубить верхушку.

— Хорошо, — наконец глухо произнес я, опираясь на трость. — Я сделаю так, как вы говорите. Я объявлю о другой паре. Но учти, Эрэйн... как только все закончится, ты отдашь мне их.

Я посмотрел правителю прямо в глаза.

— Договорились.

Воздух в кабинете всё еще искрил от повисшего напряжения. Я сверлил взглядом императора, пытаясь смирить бушующего внутри дракона, который требовал немедленной расправы над всей семьей Эмиралдов. Эрэйн выдержал мой взгляд, а затем чуть отвел глаза.

Я заметил, как правитель посмотрел на стоящего у стола Кейгана и едва заметно, коротко качнул головой. Это был безмолвный приказ. Старый, отработанный жест людей, которые привыкли общаться без слов.

Я мгновенно перехватил этот знак. Мои инстинкты генерала взвыли.

— Что еще? — мой голос прозвучал обманчиво тихо, но в нем лязгнула сталь. Я оперся обеими руками о столешницу, нависая над раскиданными бумагами. — Говорите всё до конца.

Кейган Блэквут невозмутимо пододвинул к себе кожаную папку, щелкнул замком и достал из нее плотный, сложенный вдвое лист пергамента. Он не стал его разворачивать, а просто скользящим движением пальцев пододвинул по полированному дереву стола прямо ко мне.

— Это для тебя, Нортан, — ровным, лишенным эмоций голосом проговорил глава тайной канцелярии.