Книга Целительница для генерала. Я его лекарство после развода, страница 107 – Екатерина Гераскина

В кабинете повисла тяжелая, удушливая тишина. Я переваривал услышанное, мысленно возвращаясь к тому ужину у Эмералдов. К фальшивой улыбке Октавии, к вкрадчивому голосу Мортимера. Они всё просчитали. И если бы не мое обостренное чутье, если бы не память о лаванде и меде, которая жила глубоко в подсознании, я бы сейчас, возможно, уже был их цепным псом.

— Ублюдки, — вырвалось у меня тихое, но полное неприкрытой ненависти слово. — Я разнесу их особняк. Я вытрясу из Мортимера всю его гнилую душу прямо сегодня ночью.

Я уже сделал шаг к дверям, но голос Эрэйна ударил меня, как хлыст.

— Нет, Нортан. Стой.

Я резко обернулся, не веря своим ушам. Император выпрямился, его лицо превратилось в непроницаемую маску правителя, принимающего тяжелое решение.

— Главное заключается в другом, — твердо сказал Эрэйн. — Да, у нас есть доказательства. Мы точно знаем, что в пирожных была запрещенная алхимия. Но мы понятия не имеем, «кто» именно это сделал. Мы не знаем, как это было сварено, где находится лаборатория и кто тот мастер, способный создавать подобные привязки. А потому... я прошу тебя ничего не предпринимать.

Я замер, чувствуя, как кровь шумит в ушах.

— Ничего не предпринимать? — переспросил я, и мой голос упал до опасного рыка.

— В плане клана Изумруда — абсолютно ничего, — отрезал Эрэйн. — С этого самого момента ими займется Кейган. Его ищейки будут вести скрытое наблюдение.

Мои челюсти сжались с такой силой, что скрипнули зубы. Злость, жгучая и неконтролируемая, затопила разум.

Я сделал шаг к императору, забыв о субординации, забыв обо всем на свете. Сейчас передо мной стоял не правитель огромной Империи.

— Как это, Эрэйн?! — рявкнул я, отбрасывая формальности. — Как ты можешь меня об этом просить? Она же Кира! Она твоя сестра! Ты сам знаешь, через какой ад они её заставили пройти! А теперь они пытались отравить меня, чтобы забрать всё! И я должен просто сидеть и смотреть?!

Эрэйн не отвел взгляда. В его темных глазах плескалась такая же бездонная ярость, но она была закована в ледяной панцирь государственного долга.

— Я знаю, Нортан. Я знаю это не хуже тебя, — его голос слегка дрогнул, выдавая истинные эмоции. — И поверь мне, я хочу уничтожить их не меньше твоего. Растереть в пыль за каждую слезу моей сестры. Но нам придется подождать. Если мы ударим сейчас, мы возьмем только Мортимера. Алхимик уйдет. Сеть останется. Они залягут на дно, и мы никогда не выкорчуем эту заразу до конца. Нам нужны все задействованные в этом деле люди.

Я тяжело дышал, пытаясь усмирить бьющегося внутри дракона. Логика Эрэйна была безупречной. Но мое сердце, помнящее тепло Киры и её ночные кошмары, отказывалось это принимать.

— Я не собираюсь жениться на Вите, Эрэйн, — глухо, но абсолютно непреклонно заявил я, глядя в глаза императору. — Как бы ты ни просил. Я не буду играть в эту свадьбу, не буду стоять у алтаря с этой гадюкой даже ради великой цели. Моя пара — Кира. И точка.

Напряженные черты лица Эрэйна вдруг немного смягчились. Он тяжело вздохнул и покачал головой.

— Я и не прошу этого, Нортан. Боги свидетели, я бы никогда не заставил тебя пойти на такое. Душевное равновесие моей сестры для меня тоже важно. Если ты женишься на Вите даже фиктивно, это убьет Киру. Поэтому нет. Свадьбы не будет.