Книга Завтра я стану огнём, страница 56 – Евгения Александрова

Волосы топорщились кое-как – ещё бы, я даже не потрудилась расчесаться перед сном. Вид, как бы сказала мама, совершенно неприличный и неподходящий для благородной кирии. Не то чтобы ей стало за меня стыдно – но мать бы так выразительно прикрыла глаза, что я бы сама захотела привести себя в порядок.

Щеки побледнели от двухнедельной тошноты и качки. И всё равно я выделялась здесь в этом городе богов своим бронзоватым цветом кожи и густой копной тёмных волос. Я принялась укладывать их аккуратными прядями. Есть ли здесь хоть кто-то из моих окрестностей? Хотелось бы в это верить.

Не может быть, чтобы никто с Корсакийских островов не проходил здесь обучение – маги рождаются повсюду! И со времён пришествия к власти Сиркха немало из них приехали к нам из Энарии и Иввара, выбрав южные плодородные земли для своего нового места обитания. Ещё бы: тепло весь год, щедрые земли и прекрасный Южный океан во всю ширь горизонта.

Я сощурилась, глядя мысленно в сверкающую даль. Я вернусь к нему. К океану, домой, увижу семью и даже Арона. Надо только совладать с дурацким огнём, так и грозящим новой бедой.

Решительно вспорхнув с постели, я сбросила мятую дорожную накидку и потянулась к свёртку, который мне оставил Бьёрн. Там оказался наряд дарханов – светло-серое одеяние свободного кроя с широким поясом. Оставшись в нижней рубашке, я замоталась в эту мешковатую одежду, чувствуя себя донельзя нелепо. Кажется, кто-то ошибся с моим размером…

Или нарочно решил пошутить?

Да это просто издевательство.

Я, может быть, невысокая – но не настолько же! Полы накидки подметали пол так славно, что даже уборка не пригодится. А сам подол явно из светло-серого станет грязно-серым – это если я не навернусь раньше времени.

Подобрав невыносимо длинную хламиду, как будто я собираю подол длинной юбки, я решительно вышла из комнаты, надеясь отыскать Бьёрна и заставить найти мне что-то более подходящее. Или же вовсе останусь в своём и не буду принимать одинаковый вид всех адептов Сеттеръянга.

Вокруг было тихо. Солнце поднялось уже достаточно высоко, чтобы припекать макушку, а я даже не прихватила шляпу. Если бы бабушка видела, в каком виде я оказалась на людях! Но моя цель была отыскать хоть кого-то – однако вокруг была тишина и пустошь.

Может, звук гонга – сигнал хранить молчание?

И я снова делаю что-то не так?

Куда же мне идти? И умудрилась же я так проспать! Где-то не так далеко слышались голоса.

В конце концов я выпрямилась, поозиравшись, и направилась не вниз, в основную часть монастыря, а вверх, с каждым шагом приближаясь к вершине одной из гор, окружавших Сеттеръянг.

Отсюда открывался обзор на огромную лестницу от самого подножия гор до вершины храма Четырёх богов на другой стороне монастыря, который я прежде не успела рассмотреть. Острый шпиль храма, казалось, тонул в облаках. Наверное, именно там был установлен гонг, оглушающе-громко оповещающий о начале нового дня.

Меня не покидало ощущение, что за мной наблюдают, но попытки осмотреться и найти хоть кого-то поблизости ничего не давали.

Ветер дёргал незатянутую накидку, и я снова направилась по дороге, идущей наверх. С моим везением в последнее время я рискую натолкнуться на ту вредную девицу Тьяру или на кого-то ещё похуже – но всё равно будет хоть у кого спросить!