Онлайн книга «Хороший братец – мертвый братец»
|
Я ему: — А ты не суйся!!! Соседка даже попятилась. — Да я-то в общем и не суюсь, – лепечет. – Но стучите уж больно громко… — Это не вам, – поясняю как можно любезнее. – А я, видите ли, кое-какие преобразования затеял. И дверь пошире распахиваю. — Не надо было вообще дверь открывать… — Заткнись!! – ору. – Мне скрывать нечего! Соседка еще пуще перепугалась. — Что вы, что вы! У меня и в мыслях не было вас инспектировать… Я пойду, пожалуй… — Да я совсем не вам, Варвара Степановна, – говорю я уже немного раздраженно. – Вовсе ни к чему каждое слово на свой счет принимать. Это ремонт. Понимаете: ре-монт! Глядите сами… — Ты с ней повежливее. А не то, не дай бог… Я его игнорирую и обращаюсь только к соседке. — Варвара, – говорю, – Степановна, вам совершенно не о чем беспокоиться… — Топором не размахивай, – он меня наставляет. – Перепугаешь до смерти. Допек он меня окончательно, и я, каюсь, не утерпел, сорвался. — Какой топор?!! Нет у меня топора! И вообще, не учи ученого! Гляжу, а соседка сжалась, застыла и с моего топорика глаз не сводит. Наверняка на свой счет приняла. — Да не дрожите вы так, – говорю. – К вам это не имеет ни малейшего отношения… И топора у меня действительно нет. А это, – объясняю и топорик ей показываю, чтобы получше разглядела, – никакой не топор. Это просто кухонное орудие. Ну, знаете, кости разрубать, мясо разделывать… Лучше бы я ей этого не говорил. Пискнула она, назад отскочила и пятится, пятится… Я ей вслед: — Ну а насчет стука, постараюсь потише. — Да нет, – лопочет, – стучите, стучите, сколько душе угодно… И вниз по лестнице. Я дверь закрыл. Сердит был дальше некуда, но говорить ничего не стал. Недолго ему осталось надо мной измываться. Ковыряю я паркет злополучным топориком, стараюсь не шуметь и воображаю про себя, как я буду голос этот подлый хоронить. Вдруг опять звонок. «Соседка», – думаю. Топорик оставил на полу, чтоб лишнего беспокойства у нее не возбуждать. На лестничной площадке перед дверью трое. Все в белых халатах. У одного лицо поинтеллигентнее других – видимо, доктор. А те, другие, – санитары. — Мы, – говорят, – в связи с эпидемией гонконгского гриппа проводим массовое обследование населения. Вы разрешите войти? — Входите, – говорю. – Кровь будете брать? — Нет, у нас экспресс-метод. Вы ведь сможете ответить на несколько вопросов? — С удовольствием… Стали они задавать свои вопросы, и я мигом смекнул, что к чему. Без соседки снизу, Варвары Степановны, дело не обошлось. Небось как от меня к себе спустилась, сразу же – к телефону. «Ладно, – думаю. – Хотите поиграть, можно и поиграть». — Какое сегодня число? – спрашивает доктор. Я назвал. — А год? Назвал. — А что, – спрашивают, – тяжелее: килограмм свинца или килограмм ваты? «Нет, – думаю, – на таких шуточках вы меня бы не поймали, даже если я на самом деле из ума бы выжил». Ловили они меня, ловили, а потом вдруг осведомляются: — И часто вы с ним беседуете? — С кем? – спрашиваю. — Ну с этим… с собеседником… Тут я понял, что игры эти могут завести далеко, откуда потом и не выберешься, и пора рубить напрямую. — Я, – говорю, – прекрасно вас понял и могу сразу заверить: никаких умственных отклонений у меня не имеется. С воображаемыми собеседниками разговоров не веду, окружающую обстановку оцениваю адекватно, эмоции свои контролирую, к логическому мышлению способен и так далее… Так что вас послали не по адресу. |