Книга Ловушка для сверчков, страница 55 – Владимир Медведев

Дописав письмо, я эгоистически порадовался, что еду вместе с матушкой. Без нее я не смог бы отправить письмо. Почтовые ящики помещаются слишком высоко. Это несправедливо. На вокзале служебные надписи на кириллице дублируются табличками со шрифтом Брайля, который может прочитать любой слепой. Правда, хоть убей не пойму, каким образом он сумеет найти табличку с надписью. Думаю, эти таблички предназначены для зрячих, чтобы показать, что общество заботится о слепых, но никто не позаботился о почтовых ящиках, до которых смогли бы дотянуться малые люди. Это несправедливо.

Выйдя в Саратове из вагона, я порадовался, что мама не отпустила меня одного. Очутившись здесь в одиночестве, я бы потонул, захлебнулся, был раздавлен людскими потоками такой мощности, какой никогда себе не представлял. Так что первые часы и дни в столице прошли как бы в полусне, и очнулся я, только когда мама подвела меня к зданию, где проходил просмотр, и осталась на улице, сказав:

— Дальше сам.

Я на миг почувствовал себя первоклассником, однако встряхнулся, вернувшись в настоящее время.

В дверях столкнулся с рыжеволосой дамой, высокой, чтобы не сказать высоченной, по нашим меркам – никак не менее метра десяти. В больших очках, с волосами, стриженными под каре. Мне не приходилось видеть рыжих в нашем племени, но эта особа была эталонного цвета яркой ржавчины. Похоже, не крашеная. Мы одновременно подошли ко входу. Я отступил в сторону:

— Дамы первые.

Она лишь фыркнула:

— В цивилизованных странах за такие слова мужчин кастрируют.

Однако прошла в дверь мимо меня, как атомный ледокол мимо тюленя на льдине. Я ошеломленно глядел, как кильватер за ней мгновенно зарастает льдом. Затем по тонкому ледку вошел в вестибюль как раз вовремя, чтобы услышать, как рыжая феминистка, задрав голову, требовательно вопрошает охранника в черной униформе при входе:

— Где здесь просмотр?

Охранник, глядя на нее сверху вниз, ответил чрезвычайно почтительно:

— Вам туда, направо, вверх по лестнице на второй этаж, а там… Да вы сами увидите.

Он был прав. Левая половина большого холла на втором этаже была заполнена народом. Если смотреть на толпу моими глазами, в ней не было бы ничего необычного, кабы не пяток больших людей, которые возвышались над нашими головами, как движущиеся гиганты острова Пасхи (менее драматический, но более обидный образ – как воспитатели над малышней в детском саду).

Наверное, то же чувство испытывает еврей, впервые оказавшийся в Израиле, – кругом одни евреи и никого, кроме евреев. И что? Да ничего. Просто немного непривычно. Это был целый заповедник будущих героев моей будущей книги, но я слегка растерялся от обилия добычи, а потому не мог решить, с кого начать, с кем завязать беседу. Большинство женщины. Меня это не удивило. Театральные премьеры, художественные выставки, библиотеки, популярные лекции на популярные темы посещают в основном женщины. Мужчины в таких местах, как правило, не водятся. Правда, здесь их было достаточно. Странная фраза, не правда ли? Для чего достаточно? Для охоты, разумеется.

Меня начали выслеживать сразу же. Миловидная девушка средних лет и среднего (думаю, сантиметров девяносто пять) роста обратилась ко мне без предисловий.

— Вы ведь не артист?

— Почему вы так решили? – удивился я.