Книга Малинур. Часть 1, страница 52 – Андрей Савин

— Нашёл тему за завтраком, – Рашид гневно взглянул на товарища.

Кузнецов черпнул ложку каши и повернулся в сторону разведчика:

— Забери его. Сделай снимки, только подробные, и закопай подальше, чтобы собаки да шакалы не разрыли. Плёнку с собой возьму. Кстати, фотоаппарат мне тоже нужен, оставишь кадров десять.

— А что за рюкзак? – с аппетитом хрустя косточками, поинтересовался Колесников.

— Макс тебе поможет, – продолжил Сергей, глядя на Рашида. – Ешь, потом увидишь. – Последняя фраза адресовалась уже капитану.

Поблагодарив повара за изысканный завтрак, офицеры вышли на улицу, в импровизированную курилку – кто подымить, а кто просто за компанию. Утро выдалось солнечным и жарким, поэтому в тени навеса было приятно посидеть и просто поболтать ни о чём. Кузнецов не курил, но он тоже любил побыть в таких компаниях, потому что здесь, как в бане, на время стирались границы возрастов, званий, должностей.

Послушав чей-то анекдот и сплетни про молодую продавщицу из отрядного военторга, Сергей, до этого задумчиво сидящий на лучшем месте, неожиданно обратился к присутствующим:

— Мужики, кто знает, что означает слово «апостасия»?

Офицеры недоумённо посмотрели на зама командира части.

— Сергей Васильевич… не советовал бы вам с этой продавщицей Анастасией крутить. Её уже пол-отряда драло. Супруга точно узнает, – смеясь, ответил замначальника штаба отряда, тоже прибывший на Бондар-пост в командировку.

Старшие офицеры по-дружески рассмеялись, а младшие позволили себе лишь скромно улыбнуться шутке.

— Да не Анастасия, апостасия, – тоже засмеялся Сергей. – Когда-то слышал вроде, а не помню, где и когда. А вчера в бараке газету старую с кроссвордом нашёл. Полночи заснуть не мог, всё вспомнить пытался.

— Бывает, тащ подполковник. Это кислородное голодание. Я вот здесь за четыре месяца уже забыл имя жены своей, – серьёзно пожаловался начальник Бондар-поста, и присутствующие дружно загоготали, понимая актуальность проблемы с разлукой для многих офицеров.

— Ничего, спустишься, подышишь и вспомнишь, – ответил замначштаба.

— Ага, сковородой в лоб получишь и вспомнишь, – продолжил шутку Рашид. – Я тоже, кстати, Сергей Васильевич, два месяца как здесь безвылазно. Может, дадите мне Макса на поруки? Я его в курс введу быстренько, под свою замену.

— Не переживай, на следующей неделе сменим, – ответил Кузнецов. – Ладно, докуривайте, и по коням. Паш, – обратился он к начальнику загрангарнизона, – к обеду подготовь списки, кого на поощрение за операцию. Не стесняйся; если кто достоин, пиши на госнаграду. Я слышал, этого, с седлом который, двое бойцов взяли, хотя он отстреливаться пытался. Можешь их к ЗБЗ^[17] как минимум представлять. Подвиги опиши подробней, а то задобрят окружные кадровики. Я лично буду ходатайствовать по всем у командира. Только до обеда успей, чтобы с собой забрал. И про замену твою тоже напомню. Петро, – он обратился к заму начштаба, – ты начальнику штаба-то, Венадию Иннокентьевичу, доложи про Пашу сегодня, как прилетим. Четыре месяца – реально перебор. Пусть хоть на потрахушки отпустит. – Офицеры вновь засмеялись.

— Есть, тащ подполковник! – смеясь, ответил майор. – Но только как прилетим. А то если сейчас позвоню, так меня самого на замену и оставят.

Кузнецов встал, и все присутствующие поднялись со скамеек.