Книга Амурские волки, страница 138 – Коллектив авторов

«Может быть, и пятью тысячами удовольствуются? – думал он, укладывая деньги. – Эх, горе-горькое! А идти надо. Ничего не поделаешь! И деньги отдашь, и поклонишься, и благодарить еще будешь, что взяли, не отказались. Вот она, жизнь-то, какая!»

Федор Покосов вышел из банка, взял извозчика и поехал в нижний конец города. Ветер вздымал пыль и гнал ее целыми клубами прямо в лицо.

«Эх, погода-то! Самая для пожара», – подумал Федор.

И ему представилась картина пожара парохода.

Из трюма вырывается клуб дыма, потом языки пламени. Команда бросается к трюму, но через минуту оттуда с гулом вырывается целый вулкан огня и дыма. Это горят нарочно для этого погруженные бочонки с кунжутным маслом и пакля.

— Спускай шлюпки! – командует командир.

Матросы живо спускают шлюпки. Команда бросает в них свой скарб, затем один за одним соскакивают сами и отчаливают от пылающего парохода.

— Греби сильнее! – кричит командир. – Может взорвать котлы. Поторапливайся!

Матросы налегают на весла. Шлюпки быстро уходят от парохода. Раздается оглушительный взрыв. Столб дыма, пара, огня поднимается кверху. Остатки парохода скрываются под водой.

«Конечно! И концы в воду! – думает Покосов, довольный вызванной собственным воображением картиной. – А Хулиганов? – тотчас задает себе вопрос. – Хорошо бы, если бы он… на пароходе остался».

И послушное воображение тотчас же вызывает представление о том, как Хулиганов, замешкавшийся в трюме, задыхается в дыму и падает в горящее масло, а затем взрывом его разрывает на клочки и разбрасывает во все стороны.

«Хорошо бы так-то! А то этим стервецам-читальщикам десять тысяч рублей, да ему тоже десять тысяч, да другие могут случиться расходы! Самим-то и останутся одни слезы».

Извозчик остановился около небольшого дома с высокими заборами и крепкими воротами. Федор сошел с пролетки и вошел на высокое крыльцо. Собаки выходили из себя, пока он шел открытой галерейкой. Двери оказались незапертыми, и Федор беспрепятственно прошел в переднюю и затем в зальце. Заглянув туда, Федор увидел хозяина дома. Он сидел на железной кассе и читал славянскую Библию огромных размеров. До слуха Покосова ясно донеслись слова:

— От тебя богатство, от тебя разум, от тебя победа.

«Это он для меня приготовил и читает, – сообразил Покосов. – Увидел, что я подъехал, и вразумляет от Писания. Тонко подстраивают, стервецы!»

И он постучал в дверь. Хозяин закрыл Библию, положил на стол и проговорил:

— Войдите!

Федор вошел, поздоровался и сел на стул. Хозяин не садился и сурово смотрел на гостя:

— С чем пожаловал?

— Грех попутал меня, – стараясь говорить мягче и приниженнее, ответил Федор.

— Покаяться, значит, пришел? – еще суровее спросил хозяин.

— Да, – с трудом выжал из себя ответ гость.

— Да! Каяться пришел, очистить душу от греха, а гордыню с собой принес!

Федор с недоумением посмотрел на сурового хозяина.

— Что смотришь? Не понимаешь? Не знаешь, что сказано в Писании? Не читал «пред лицом седого возстани»? Пред тобой старый человек стоит, а ты развалился на стуле! И слова покаяния у тебя из горла не идут. Как будто не сам ты пришел сюда, а на веревке тебя притащили!

— Не на веревке притащили, а нужда пригнала, – все так же угрюмо ответил Федор и встал со стула.