Книга Температурная кривая, страница 53 – Фридрих Глаузер

Мозг Штудера работал без труда. Отец Маттиас сознался, что геолог был его братом, – он говорил сводным братом, сводным или нет – отец Маттиас сознался в родстве.

Оставался открытым вопрос: Были ли капрал-ясновидец и геолог одно и то же лицо? Все говорило против этого. Зачем геологу понадобилось менять во второй раз свое имя и выдавать себя за санитара Коллани? И почему швейцарский геолог с курчавой бородой ждал пятнадцать лет, чтобы послать сообщение своей жене в Базель?

Если же предлопожить, что отец Маттиас был умершим геологом Клеманом, он же Коллер Виктор Алоиз и гость отеля «У дикаря», тогда возможно предположить следующее: Молодой студент философии убивает свою возлюбленную. Чтобы ускользнуть от преследования полицией, он изменяет свое имя и свою национальность, и под чужим именем Клеман он приобретает снова швейцарское гражданство. Под новым именем – именем Клеман, он вступает в брак: сначала с Софи в Берне. Но смерть Ульрике Нойманн преследует его. Он признается в этом жене… Софи не глупа – теперь, так как она знает его тайну, она использует это знание, чтобы шантажировать своего мужа.

— Ты можешь себе это представить, Хеди? – спросил Штудер, когда он высказал свою теорию. – Это счастливый брак? Жена знает, что ее супруг – убийца. Она требует денег, потому что Коллер-Клеман хорошо зарабатывает. У нее есть собственный банковский счет. А ночи? Ты можешь себе представить, что они чувствовали по ночам? Ты бы видела квартиру в Герехтигкайтгассе: старый дом, стены которого проросли плесенью. И плесень отравляет души их обоих. Алоиз Виктор не может сказать ни слова, поскольку как только он откроет рот, его тут же одернут: «Замолчи, ты, убийца!» – Как долго может мужчина выдержать такой брак? Один год? Два года? Он отправляется в Марокко. Заключает контракт с братьями Маннесман. Только из-за этого отсутствия брак не был разорван раньше. Ты бы видела обеих сестер – я имею в виду, их фотографии. В квартире в Герехтигкайтгассе монах сегодня утром показал мне фотографии обеих женщин в молодости. Софи – ты знаешь этот тип женщин: закрытая блузка, стоячий воротник с кружевами, подпирающий подбородок. А глаза! Я содрогнулся, а я не очень-то чувствителен, как говорят франко-швейцарцы.

Штудер замолчал. Его жена тихо сидела за столом, перед нею лежал лист – температурная кривая. Фрау Штудер уже давно прекратила вязать, она только время от времени кивала, слушая рассказ мужа.

Раздался бой башенных часов – четыре звонких удара, потом один глухой: час ночи. Зазвучали колокола церквей, колокол на ближайшей школе забренчал торопливо и поверхностно – как ученик, который тараторит стихотворение. И все эти звуки ударились о стекла совсем рядом и потом затихли где-то высоко в темном небе. После этого тишина в комнате стала еще более глубокой.

— Развод, – тихо подытожил Штудер. – Человек больше не мог выдерживать этот брак. Он увидел сестру Жозефу рядом со своей женой. Как это случилось, Хеди? То, что две родные сестры такие разные? Все таки странно, как одна получила все доброе, а другая все злое. Жозефа была хорошей. Коллер-Клеман женился на Жозефе. Он, наконец, почувствовал себя счастливым. И другая этому не помешала. Может, она дала ему возможность откупиться? А потом началась война. Геолог любил свою дочь – но ему надо было зарабатывать деньги. Вероятно, он должен был все еще платить за молчание Софи, поэтому при всем желании он не мог обеспечить Жозефе, второй жене, и своей маленькой дочери беззаботную жизнь. И тут предоставляется случай получить что-то большое.