Книга Восхождение Плотника. Том 1, страница 84 – Антон Панарин

Немного подумав я решил сделать волокушу. На концы двух досок погрузил созданную мной конструкцию и прибил её гвоздями. Потом приколотил к двум свободным концам доски поперечную палку и всё. Ручка волокуши готова, а бочка погружена на импровизированный транспорт. Можно выдвигаться! Хотя кого я обманываю? Можно выползать.

Вытащив бочку за пределы мастерской, я запер дверь и поволок её по жирной грязюке. Местные смотрели на меня как на идиота. А стражники у ворот, как обычно докопались с расспросами.

— Ярик, ты чё опять пить начал? — Спросил ушастый.

— С чего взял?

— Ну носишься туда сюда, то за грибами, то Петруху слизням пытался скормить. Хы-хы. Трезвому такое в голову не придёт.

— Согласен. — Кивнул я улыбнувшись. — На этот раз я бочку собрал. Залезу в неё, крышку законопачу и уплыву вниз по течению.

— Нахрена? — Выпучил глаза стражник.

— Хочу убраться подальше от тупых вопросов. — Усмехнулся я.

— Не, ну вы слыхали? Грамотей блин. Проходи, не задерживай очередь. — Рыкнул стражник, хотя никакой очереди и не было.

Пройдя через ворота я едва не скатился с холма. Оказалось что спускать на волокуше бочку которая весит килограммов двадцать пять, а то и все тридцать, весьма не просто. С горем пополам я справился.

Настоящие же трудности начались когда я вошел в подлесок… Проклятая трава и мелкие кустарники цеплялись за бочку не давая мне сдвинуть её с места. Я рычал, орал матом и продолжал тащить. Сказать что это было трудно, значит ничего не сказать.

Небо начало темнеть, а я только добрался до ямы. Мне повезло и я никого не встретил по пути. Костёр как раз прогорел, я залез внутрь горячей ямы обжигающей жаром и принялся выгребать оттуда пепел.

Это заняло у меня минут двадцать. Когда же всё было сделано я постучал костяшками пальцев по стенке. Звук был звонкий, керамический. Не глухой стук сырой глины, а чистый, резонирующий щелчок. Получилось, стенки спеклись в прочную корку.

Выдержит ли она кислоту? Не знаю наверняка, нужно проверять. Но керамика в целом кислотоустойчива. Если гончары хранят в глазурованных горшках уксус, то и моя обожжённая яма должна продержится достаточно долго.

Тяжело вздохнув я взял сколоченный мной каркас бочки и аккуратно поместил его на дно ямы. Бочка возвышалась на полметра, а до вершины ямы было ещё полтора. Чтобы слизень точно соскользнул куда надо, я засыпал пространство вокруг бочки лежащей рядом глиной.

Получилось следующее. Конические стенки вели к плоскому дну в центре которого красовалось отверстие бочки. Слизень упадёт в яму, а после заползёт в бочку, где и останется не сумев выбраться. А чтобы мой план наверняка сработал, я достал из кармана заячьи кости. Одну бросил на траву в пяти метрах от ямы, вторую на дно ямы, и ещё три штуки закину в бочку.

Слизни чуют органику на расстоянии. Тварь подползёт, потянется к костям на дне бочонка и перевалится через край. Крышку я спрятал за ближайшей сосной. И принялся ждать взобравшись на эту самую сосну.

Почему не пошел домой? Я мог бы, но где гарантии что слизень не выберется? Уж лучше я подстерегу его и вовремя захлопну крышку. Ну а на дерево забрался потому что не хочу стать добычей для волков.

Лес жил своей жизнью постепенно затихая. Птицы переставали петь, белки больше не стрекотали, а солнышко катилось за горизонт уступая место кромешной тьме. Я разместился на толстой ветке и привалился спиной к стволу чувствуя тепло живы втекающей в моё тело.