Книга Бездна. Том I, страница 24 – Антон Панарин

Ещё два покойника, отталкивая друг друга, мчались ко мне как бегут алкаши за халявной выпивкой. Из-за здоровой конкуренции они не смогли плавно вписаться в поворот, и один из трупов врезался харей в стену, а второй оттолкнувшись от товарища рванул ко мне.

Размахнувшись катаной, я нанёс удар по диагонали в бедро зубастого. Лезвие чиркнуло по кости перерубив её, нога зомби подломилась, и он завалился вбок, крайне удачно попав башкой между прутьев перил. Оставшийся труп схлопотал колющий удар в глазницу и осел на давно не мытый бетон.

Когда скоротечная схватка завершилась, я опознал в убитых тётю Зину из пятой квартиры, Игоря, моего ровесника из седьмой и Витьку — алкаша, жившего надо мной. Хорошие люди, жили тихо, никому не мешали. Хотя Витёк крови порядком попил, но потом дал ему по морде и успокоился, даже забыл, как включается громкая музыка.

Никогда бы не подумал, что однажды нам придется желать убить друг друга. Из тела Витька возник синий огонёк. Итого у меня восемнадцать частиц эфира.

Подойдя к двери своей квартиры, я привычно потянулся за ключами. Сука, я ж не в своих шмотках. Вскрыть дверь с помощью навыка? А как я её потом закрою? Нет, жильё без возможности запереть дверь, в зомбиапокалипсисе совершенно бесполезно.

Ладно. Дома есть запасные ключи, осталось попасть туда, используя соседскую квартиру. К счастью, там жил мой друг Иван. Сейчас и узнаю выжил ли он. Вдавив кнопку звонка, я услышал шаркающие шаги, приближающиеся к двери. Неужели и он обратился?

Шаркающие шаги затихли и из-за двери раздалось невнятное мычание. Сука, точно сдох. Да как так-то? Здоровый лоб, всю жизнь по стройкам подрабатывал, неужто сожрали на первом испытании? В замочной скважине дважды щелкнул механизм и дверь открылась.

— Ваник! Живой? Красавец! Фу блин! Ты бухой что ли? — Обрадовался я, но потом отшатнулся назад от смрадного зловония.

Мой товарищ был изрядно помят, как будто пьянка продолжалась уже не первый день. Глаза красные, мешки под глазами. Тёмные волосы всклокочены и торчат во все стороны.

— Заходи, помянем. — Сказал Иван с присвистом, так было каждый раз, когда он пытался сказать слово с буквами З и С, спасибо отсутствующему переднему зубу. Потерял в драке, а новый так и не решился вставлять. Дорого! Ваня шагнул внутрь квартиры, не дожидаясь пока я хоть что-то отвечу.

— Кого помянем? — Спросил я закрывая за собой дверь. Сделав шаг в гостиную я малость охренел.

На диване лежал отец Дениса с расплющенной головой, а рядом стол, заставленный горючими материалами. Под столом валялось ещё семь пустых бутылок.

— Вань, ты чё?

— Да чё!? Димас! Я очнулся, смотрю батя лежит. Думал плохо ему, мож опять инсульт, а он как вскочит! Зубами клацает, чуть в шею не вгрызся! А силы мандец просто! Пытался руки ему заломать, да хрен ты его заломаешь, выворачивается. Ну я и ударил. Он упал, лицом об гирю мою стукнулся. Встаёт, глаз вывалился, мычит что-то невнятное и на меня идёт. Сука страшно было мандец! Я ногой в грудину ударил, ну а потом гирей его… — Иван заплакал и опрокинул рюмаху. — Папку родного ухандохал. — Он всхлипнул и налил себе ещё. — А потом слышу на лестничной клетке шум, а там Витёк тётю Зину жрёт. Какого хрена творится-то? Бездна какая то, что за бред?! — Вскрикнул Ваня и ударил кулаком по столу, отчего бутылки жалобно звякнули и посыпались на пол.