Книга Сломанный мир, страница 82 – Анна Мори

Спокойная ночь опустилась на поле. Гэрэл и Токхын в палатке генерала обсуждали сегодняшний бой.

Гэрэл был раздражен: рана, нанесенная Юкинари, давала о себе знать. Конечно, она была пустяковая, но приятного все равно мало. Зато именно благодаря этой ране Токхын снизошел до визита к генералу, а не вызвал того к себе.

Токхын был в еще более дурном расположении духа, чем сам Гэрэл: гневался на то, что тот не смог одержать быструю победу в поединке с Юкинари. Гэрэл отвечал, что рано или поздно победа все равно осталась бы за ним и император поспешил, дав сигнал к наступлению.

— Он ранил тебя, – повторял император, расхаживая по шатру взад-вперед. – Если тебя можно ранить, можно и убить.

— Юкинари ранен серьезнее, чем я.

— Все равно. Я мог потерять тебя…

В его голосе не было ни капли вины или раскаяния – только страх лишиться любимого военного талисмана.

— Я уже говорил вам, я – всего лишь человек, – сухо напомнил Гэрэл. – Мне жаль, если я вас разочаровал.

— Неужели то, что о нем говорят – правда? Может, этому мальчишке действительно покровительствует Небесный Дракон?

Удивительно, какой злобой наполнялся взгляд Токхына каждый раз, когда ему самому или Гэрэлу случалось упомянуть имя императора Юкинари. Если раньше молодой император Рюкоку казался досадной, но не заслуживающей большого внимания помехой на пути, то теперь казалось, Юкинари превратился в человека, которого Токхын ненавидел больше всех на свете.

На следующий день рюкокусского императора на поле битвы никто не видел – в чем, конечно, не было ничего удивительного, он теперь был не в том состоянии, чтобы вести армию в бой. Войско Рюкоку сильно пало духом. Отличный момент, чтобы придумать какой-нибудь тактический ход. Но мысли Гэрэла были заняты другим.

«Он ранен серьезно, но не смертельно. Ему нужны врачи, здесь бы ему не позволили остаться, несмотря на все упрямство. Куда его могли отвезти? Не в Синдзю, конечно: слишком далеко… Но поблизости нет ни одного города».

— Куда его могли отвезти? – сказал Токхын, который, как оказалось, думал о том же. – Если бы нам удалось найти его, убить… Он для рюкокусцев кто-то вроде живого бога, если его не станет, государство рухнет в одночасье. Может быть, его мать что-то об этом знает? Пошли гонца с письмом в Рюкоку.

Гэрэлу пришлось выполнить приказ. Неприятное ощущение грядущего предательства терзало хуже, чем рана на ноге.

Именно это слово почему-то поселилось в мыслях: предательство.

Потянулись мучительно долгие дни ожидания. Их войско понемногу теснило рюкокуцев на восток, но те сопротивлялись с храбростью обреченных.

И вот наконец произошло то, чего Гэрэл ждал и боялся. Один из воинов, охранявших шатер, приподнял полог и сказал:

— Господин генерал… Извините, что беспокою, но к вам тут гонец…

Гэрэл встал, стараясь не слишком сильно хромать на поврежденную ногу, и впустил гонца в шатер. Тот размотал закрывавшую лицо ткань, и Гэрэл увидел, что это молодая женщина. Он уже встречал ее – она была одной из прислужниц Сун Сяолянь и несколько раз передавала ему вести от госпожи.

Запоздало заметив императора, она рухнула на землю в поклоне.

— Приветствую, пресветлый!..

Токхын благосклонно кивнул.

— Лучше бы ты привезла хорошие вести, а не дурные.

Она молча протянула им свернутое в трубочку письмо.