Онлайн книга «Ветеран хаоса»
|
Зад бедолаги прострелило сильнейшей болью и жжением, так что он схватился за простреленное место и завыл еще громче, чем все послушники вместе взятые во время ритуала. Тогда как дед невозмутимо переломил ружье, выкинул стрелянные гильзы и зарядил новые патроны. — Как знал, — усмехнулся он, — Не зря я соль с перцем намешал… — два выстрела, и еще пятеро послушников заверещали на всю округу, а остальные сразу бросились врассыпную. Они путались в длинных балахонах, падали, но тут же вставали и бежали дальше, даже не задумываясь о направлении. Главное — подальше отсюда. Буквально две минуты, и вот, вокруг уже никого. Только две связанные извивающиеся девушки пытаются что-то пищать через туго завязанные кляпы. — Не бойтесь, не обижу, — улыбнулся дед и достав из валенка нож, разрезал веревки. Те сразу бросились бежать, но старик остановил их, — Ну и куда вы? Подождите подругу, может жива еще… Он подошел к краю ямы, потрогал рукой красное пламя и убедился, что оно почти не обжигает. После чего поудобнее перехватил ружье и спокойно нырнул вниз. Через минуту из огня вылетела перепуганная девушка и они втроем убежали прочь, а следом яма просто погасла и начала затягиваться, словно здесь ничего и не произошло… Сколько-то веков спустя Какой-то случайный мир Ну прекрасно… Первое, что почувствовал — это боль. Вполне привычное чувство, но от этого приятным оно почему-то не становится. Голова раскалывалась, словно её сжимали в тисках, и каждый удар пульса отдавался где-то за глазами. Тело было ватным, не слушалось, дышать было тяжело и больно. Попытался пошевелить рукой — получилось, но с огромным трудом, словно конечность весила тонну. Открыл глаза и уставился в потолок. Деревянные темные балки, массивные, явно старые. Между ними была побелка, местами потрескавшаяся и осыпавшаяся. В воздухе висел столб пыли, подсвеченный лучом солнца, пробивающимся сквозь высокое окно. Да где я вообще? Повернул голову — получилось, хоть и пришлось напрячься. Комната. Большая, но захламленная до безобразия. Шкафы из темного дерева, полки, забитые книгами в кожаных переплетах. Стол у окна завален бумагами, на нем стоял подсвечник с оплывшими свечами. На стене висел портрет — мужик средних лет в каком-то старинном камзоле, с аккуратными усами и строгим взглядом. Судя по всему, буржуй какой-то. И это точно не моя комната. И даже не мой дом. А главное — это не царство хаоса, в котором я только начал обживаться и почувствовал себя почти как дома… Попытался сесть. С огромным трудом, через боль и слабость, получилось подняться. Спина заныла, в пояснице кольнуло. Сел на краю дивана, опустив ноги на пол. Холодно, босиком неприятно. Посмотрел на свои руки, лежащие на коленях, и замер. Это точно не мои руки. Старые, морщинистые, покрытые темными пятнами. Пальцы длинные, худые, суставы узловатые. Ногти аккуратно подстриженные, но желтоватые. Кожа дряблая, висела складками. Нет, мне и самому как-бы не тридцать, и даже не пятьдесят лет, но эти руки выглядят слишком убого. Я уставился и смотрел на эти руки несколько секунд, не в силах поверить в реальность происходящего. Потом медленно поднял правую и сжал в кулак. Пальцы слушались, но двигались туго, с трудом. Разжал обратно, от греха подальше. |