Книга Дожить до диплома, или «Хвостатое прикрытие», страница 49 – Екатерина Овсянникова

— О, Джесс! Ты как раз вовремя! — Лиам, раскрасневшийся от жара печи, ловко подбросил тесто в воздух. — У нас сегодня в честь праздника настоящий завал, но для тебя я припрятал самую сочную порцию.

Он поставил перед ней тарелку с дымящейся пиццей, но, взглянув в её лицо, тут же посерьезнел. Его улыбка погасла, а руки, испачканные в муке, замерли на стойке.

— Эй… — он понизил голос, игнорируя очередь за ее спиной. — Ты выглядишь так, будто у тебя отобрали всё, во что ты верила. Что-то случилось?

Джессика взяла тарелку с пиццей и грустно потупила взгляд.

— Просто… — она запнулась, подбирая слова. — Иногда кажется, что все идет хорошо, но обязательно произойдет нечто из ряда вон…

Лиам долго молчал, внимательно изучая её лицо.

— Психология — не совсем по моей части, Джессика, — тихо произнес он. — Но, возможно, я знаю, как тебе помочь… Послушай, мы закрываемся через час. Подождешь меня? Прогуляемся по набережной, выветрим твои сомнения, посмотришь на достопримечательности. Лично мне это часто помогало.

«О-о-о, рыцарь муки и скалки выходит на тропу войны, — Феликс материализовался на подоконнике, с интересом разглядывая Лиама. — Его искренность сейчас так фонит теплом, что я скоро поджарюсь. Соглашайся, смертная. Тебе полезно будет пообщаться с кем-то еще помимо "смазливого принца"».

Джессика посмотрела на Лиама, на его честный взгляд и открытую улыбку - и на душе стало немного теплее от проявленной заботы.

— Хорошо, Лиам. Я подожду, — чуть заметно улыбнувшись, она протянула ему подарочный купон. — Мне тогда еще какао с маршмеллоу и ту самую бесплатную булочку.

— Скоро будет готово, а пока что выбирай себе местечко,

Присев за столик в углу зала, Джесс принялась уминать пиццу. Она не просто ела — она отдавалась этому процессу целиком, забыв о манерах и салфетках. Первый же укус отозвался отчетливым хрустом зажаристой корочки, за которым последовала нежность расплавленной моцареллы.

Острые кружочки пепперони, запекшиеся до состояния хрустящих чашечек, выстрелили пряным соком. Пикантная соль колбасы моментально смешалась со сладковатым томатным соусом, обжигая язык приятным жаром паприки. Джессика зажмурилась, чувствуя, как по подбородку предательски стекает капля оранжевого масла. Она подхватила её пальцем и слизнула, ни капли не смущаясь.

Тягучий сыр не желал расставаться с куском и бесконечно растягивался длинной белой нитью. Пришлось наматывать его на язык, чтобы справиться с этой непокорной порцией счастья. В этот момент весь остальной мир с его проблемами перестал существовать. Остался только этот горячий треугольник теста, вкуснейший аромат и блаженное чувство близящейся сытости.

Через несколько минут Лиам принес какао и подарочную булочку в крафтовом пакете. Поверхность напитка была скрыта под целым сугробом белоснежных маршмеллоу. От жара какао крошечные зефирки начали подтаивать, превращаясь в липкую, тягучую пенку, похожую на облака.

Первый глоток стал идеальным контрастом после пикантной пиццы: бархатистая сладость мгновенно успокоила обожженные паприкой рецепторы. Шоколад был густым, почти кремовым, с легкой горчинкой, которая тут же растворялась в сахарной нежности тающего маршмеллоу.

Джессика слизнула белую пену с верхней губы и довольно откинулась на спинку стула. В животе разлилось приятное тепло, а мир вокруг окончательно подернулся дымкой сытого умиротворения. Теперь, с этой кружкой в руках, она чувствовала себя абсолютно неуязвимой.