Книга Счастье придёт весной. Песнь белого Волка, страница 88 – Александра Каплунова

Поэтому я нашла какую-то сухую черную землю в скалах, или это было какое-то крошево, и вымазала им голову. Волосы заплела в тугую косу и тоже как следует натерла, пока та не потеряла цвет. Под капюшоном так и вообще не видно было.

Красная краска легла на кожу легко. Я, правда, в себе того не ощущала. Чем ближе был час, когда мне придется войти в этот лагерь, тем сильнее сжимало в груди и тем яростнее тряслись поджилки. Я не считала себя трусихой, но эта авантюра была не просто рискованной, а сумасшедшей.

Уже почти начало темнеть, дело шло к вечеру, когда я крадучись приблизилась к лагерю. Не знаю, было ли это их постоянное поселение, но выглядело оно так, будто они тут собрались оставаться надолго. Палатки и шатры, большие костры, какие-то мастерские под открытым небом. Я даже слышала стук молота по металлу. Его звон раздавался на всю округу.

Сам лагерь окружал забор частокола.

И люди… сотня, если не две.

Я нашла место, которое условно, похоже, было входом. Возле него стояло несколько мужчин с топорами за плечами. Такие же красномордые. Похоже, они всегда ходили в краске, а не только на битвах.

Устроившись в зарослях какого-то цеплючего кустарника, я сперва решила понаблюдать. Вероятно, с наступлением ночи, у меня будет больше шансов проникнуть внутрь.

Но мне повезло раньше. По тропе, что вела от лагеря, шла вереница женщин! Они несли на спинах охапки хвороста. Головы их, правда, были укрыты платками, а не капюшонами. Да и плащей не было. Пришлось мне снять свой. Платок, благо, тоже имелся, какая же я запасливая… Обычно я повязывала его под одеждой поперек груди, чтобы не застудиться на холоде. И вот пригодилось.

Быстро подготовившись, я нахватала хвороста и тоже ступила на тропу, что вела из леса.

Лук, стрелы и другие вещи пришлось оставить в тех зарослях. При мне были только два кинжала. Один отравленный, другой — обычный. Я спрятала их под одеждой.

Теперь главное — пройти мимо стражи… и желательно не поднимая взгляда.

Проход среди частокола был все ближе, как и краснолицые стражники. Они разговаривали о чем-то на каком-то странном, незнакомом мне языке. Это порядком напрягло меня, ведь если они у меня что-то спросят — ответить я не смогу.

Сердце готовилось выпрыгнуть через глотку. Я шла, согнувшись, якобы под весом хвороста, ведь тащила-то я его на спине. Смотрела в землю. Шаг, еще один. Частокол остался позади меня, но я хотела выждать еще немного, прежде чем стану осматриваться. Зайти бы хоть вон за тот шатер.

— Ней! Давар-ша суккуут, — послышалось вдруг позади. Один из стражников заговорил громче. Обращался ко мне? Или нет? Как теперь понять?

Если обернусь, они точно обратят внимание, а если нет..? Но прежде чем я решилась, меня дернули за плечо. Мужская рука больно стиснула, что я поморщилась.

Как ведут себя их женщины? Как реагируют на мужчин? Мне положено смотреть в землю или можно смотреть в лицо?

Меня уже подташнивало на нервах, а в ушах зашумело.

Нельзя… мне никак нельзя попасться раньше времени! А лучше вообще не попадаться!

Он начал еще что-то говорить, явно насмешливо и зло, но прежде чем я успела что-то сделать, со стороны лагеря послышался женский голос.

— Васа ат! — женщина была полна возмущения. Она быстро приблизилась к нам и стряхнула руку мужика с меня и кажется огрела его какой-то тряпкой. А меня толкнула дальше по тропе.