Книга Убийство проклятого принца, страница 73 – Клэр Сейджер

Само по себе это было приятно. Зачастую люди, которые заказывали приватные выступления, очень стеснялись. Они хотели меня, хотели получить возбуждение или секс, но при этом ненавидели за это себя. Их стыд разрушал мое удовольствие, как будто я должна была тоже стыдиться того, что делюсь своим телом.

Но во взгляде принца ничего подобного не было. Я вообще была не уверена, что в его лексиконе присутствовало слово «стыд». Он желал меня презирая, и ненависть только распаляла его чувства.

Я провела пальцем по нежной коже. Тело напряглось, но не хватало наполненности… На грани боли. Перед моим мысленным взором предстало достоинство Сефера. Я бы с удовольствием приняла этот вызов.

Кожа горела, и, ухмыльнувшись, я выдохнула, заставив принца перевести взгляд на мое лицо.

— Что смешного, птичка?

Не то чтобы я представляла, как он имеет меня. Я бы не призналась в этом.

— Я испортила твои планы. Ты думал, что я буду слишком смущена, чтобы сделать это, что это сломит меня. Но посмотри. – Я приподняла бедра, и, конечно, он не мог не смотреть.

Сефер улыбнулся, будто проигрыш его совершенно не заботил.

— О, моя дорогая Зита, ты все неправильно поняла. Сказав, что это твоя награда, я не шутил. Хочу смотреть, как ты ласкаешь себя, что тебе определенно нравится. Желаю слышать звуки, которые ты издаешь. Мечтаю увидеть, как твое тело распадается на части, и поймать выражение твоего лица, когда ты дойдешь до пика. – Сефер вытащил из воды забытую губку и, отжав ее, приблизился ко мне.

— Покажи мне.

Я нахмурилась, глядя на принца, и, прерывисто дыша, прижалась пальцами к чувствительной коже.

Принц только провел губкой по моей груди, и это моментально подействовало на меня. Я прикусила губу, чтобы не издать ни звука: не показать, как его прикосновения действуюи на меня.

— Думаю, тебе нужен еще один палец, любовь моя, я прав? – Прикрыв глаза, Сефер лениво улыбнулся, а его взгляд переместился с моей груди, которую он продолжал аккуратно намыливать, на ладонь у моих бедер.

Я сделала, как он просил. Это было похоже на трюк из моих выступлений, когда музыка ускорялась и я крутилась быстрее, глядя на публику так, словно теряла контроль над собой. Хотя, конечно же, я всегда владела ситуацией.

Но только не в этот раз.

Не тогда, когда извивалась все сильнее и сильнее. Не тогда, когда не могла оторваться от золотистого взгляда, который поглощал меня с такой силой, что это было почти физической лаской. Не во время медленных и настойчивых движений губки, демонстрирующих опыт и оседающих на коже приятным жаром.

Я контролировала ситуацию. Правда контролировала. Он был одержим мной, моим телом. Я была той, кто удерживал его здесь, очаровывая.

Мир вокруг меня закружился, музыка достигла своей кульминации. Кожа горела. Дыхание было прерывистым. Я всхлипнула. Пульсация отдавалась внутри, во всем моем существе. Стон эхом отразился от кафельных стен, когда я достигла пика.

Сефер улыбнулся.

— Вот и все, питомец. На сегодня достаточно.

Все еще сотрясаясь от наслаждения, я одарила его хмурым взглядом. Только один? Очевидно, я не заслуживала большей награды, чем эта. Стиснув зубы, я убрала руку и положила ее на бортик ванны.

Глубокий вдох. Мне нужно было вернуться на землю, если я хотела, чтобы мне разрешили взлететь на вершину блаженства снова. Потому что глубокая, пульсирующая жажда оставалась внутри, требуя большего.