Книга Gasolina, страница 3 – Арсений Либис

Но Блейк просветил её на первом же свидании: «Обычно спорткары ревут, как дикие монстры. Тот же «Ламбо» подобен льву. А мой «Порш» это приручённый зверь. Крокодил в наморднике». Айрис не ожидала такой поэтичности от самого скучного парня в кампусе. «Это отец говорил, — добавил Блейк. — Он вообще считал, что машина должна быть зверем, но зверем на поводке».

Айрис поправила платье, провела ладонью по волосам и вышла в прихожую. Блейк уже вошёл. Пиджак нараспашку, в руке чёрная сумка. Он даже не посмотрел на неё и сразу свернул к лестнице. Айрис услышала, как наверху щёлкнул замок сейфа в кабинете. Потом глухой удар металла, шуршание купюр. Он складывал деньги. Айрис считала немного старомодным, что он имеет дело с таким количеством наличных, да ещё и хранит их дома. Но Блейк всегда говорил: «Банки любят задавать вопросы. А я не всегда люблю на них отвечать».

Через несколько минут он спустился уже без пиджака, в домашних брюках и футболке. Волосы слегка растрепались, со лба упала прядь.

— Привет, — сказал Блейк, впервые за вечер взглянув на неё.

— Привет, — ответила Айрис.

Она ждала. Может, поцелуя. Может, хотя бы «ты красиво выглядишь».

Блейк сказал:

— Пахнет вкусно.

И прошёл мимо к столу. Сел, не дожидаясь её. Айрис опустилась напротив, поправила край скатерти. Свечи горели ровно, почти без треска. Дорогой воск, не то что дешёвые магазинные. Она смотрела на него через пламя: тёмно-рыжие волосы, серые глаза, которые смотрели сквозь неё в бокал.

— Как день? — спросила она тихо.

— Нормально. — Он отрезал кусок мяса. — Бумаги, лицензии, чертовы экоактивисты. Салат вкусный.

— Спасибо. Я заказывала в ресторане на Спринг-стрит. Помнишь, тебе там понравилось в прошлый раз…

— А, — сказал Блейк. — Да, они хорошо готовят.

Он жевал, не поднимая глаз. Айрис почти не ела, только ковыряла вилкой овощи, смотрела, как он пьёт вино. Второй бокал. Третий.

— Ты сегодня рано, — заметила она.

— Устал. — Он потер переносицу. — Работа выматывает. Столько всего сразу, а люди… люди, как дети. Им всё надо объяснять и время от времени давать пинка.

— Ты справляешься, — сказала Айрис.

Блейк кивнул. Помолчал. Потом поставил бокал и впервые за вечер посмотрел на неё — не мельком, а внимательно:

— Ты что-то хотела?

— Сегодня день овуляции.

Айрис почувствовала, как щёки заливает жар. Глупо. Они женаты, а она краснеет, как девчонка.

— А. — Блейк опустил глаза. — Я не очень… сил уже нет, Айрис.

— Я понимаю.

Она не понимала. Или понимала слишком хорошо. Он допил вино, поднялся, поцеловал её в макушку, как ребёнка.

— Я пойду лягу. Завтра трудный день.

— Конечно, — сказала Айрис в пустоту.

Он ушёл. Она слышала его шаги по лестнице, потом хлопнула дверь. Айрис вздохнула, посмотрела на остывший ужин и пустую бутылку из-под вина. Она опустила веки — и перед глазами возникли её персонажи-дети из «Симс». Не в этот раз. Снова не в этот раз.

Утро не принесло облегчения. Айрис открыла глаза и несколько минут просто смотрела в потолок. Рядом пустая половина кровати, простыня уже остыла. Блейк ушёл затемно, даже не поцеловав её в щёку. Она полежала ещё немного, потом села, обхватив колени руками. Вчерашнее платье висело на спинке стула.

Айрис спустилась на кухню, заварила кофе, села за стол, включила телефон. Никаких сообщений от Блейка. Ни «доброе утро», ни «как спалось». Тишина. Она начала вспоминать. Когда это началось? Когда он перестал смотреть на неё? Когда секс превратился в обязанность? Месяц назад? Два? А может, это всегда было так, просто она не замечала, потому что надеялась на лучшее. Нет, в кампусе точно было иначе. И до свадьбы всё было прекрасно. А после… Нет, всё же это началось два-три месяца назад.