Книга Красная метка, страница 75 – Арсений Либис

Госпожа Манаи, пройдя вдоль одного из тёмных коридоров, расширяющихся в сторону основного зала, увидела эту очередь. Она тянулась насколько хватало глаз, уходя во тьму. В ней стояли люди, похожие на тени. Они не разговаривали, не переглядывались, не толкались. Единственное, что их, казалось, волновало, это небольшие жемчужины, которые каждый из них сжимал в руке. Некоторые бережно прижимали их к груди, другие нервно перекатывали между пальцами, третьи смотрели на них с такой тоской, что даже у бесстрашной героини сжималось сердце.

Идя вдоль очереди, госпожа Манаи увидела старого господина Киёмори, а чуть дальше и его жену. Она окликнула их, но те даже не посмотрели в ее сторону. Их темные призрачные лица были обращены к их собственным жемчужинам. Это неудивительно, в царстве Девяти источников души лишены памяти о земной жизни, поглощённые лишь одним — ожиданием очищения.

Госпожа Манаи пробежала вдоль всей очереди, с ужасом увидев, что в самом её конце люди одеты в невероятно древние и непривычные одежды. Это говорило о том, что стоять в ней предстояло не одно столетие. Целью всех ожидающих был огромный стол, за которым возвышалась черепаха с весами. Каждый умерший протягивал ей жемчужину, она ее тщательно взвешивала, что-то записывала в книге и наконец отправляла жемчужину в один из источников, а душа, что ее принесла, растворялась в окружающей тьме.

Конечно, Шио не было в очереди, и не могло быть. Он был благословенным Небесным наместником, к тому же праведником. Его жемчужина сразу отправилась в Девятый источник. Согласно «Сокровенному зерцалу Девяти Врат», в этот источник попадают души, погибшие от убийства, злого навета и колдовства. Но дойти туда не удавалось. Госпожа Манаи, даже с помощью колдовства, не могла попасть к нужному источнику. Стоило ей пойти в его сторону, как она снова оказывалась в начале сумрачной пещеры, в том самом месте, где появилась впервые.

Она уже начала отчаиваться, как вдруг кто-то окликнул её по имени. Голос был тихим и слабым, но до боли знакомым. Обернувшись, Манаи увидела лису, стоящую на задних лапах. Это была Фыркающая Насмешница, дочь Госпожи Мягкие Лапки, та самая, что поцеловала Манаи поцелуем забвения. Мех её был тусклым, почти серым, глаза потухшими, а хвост безжизненно волочился по песку.

Лиса рассказала, что её мать, Госпожа Мягкие Лапки, увидев через золотую лягушку, что Ни не только жива, но и стала любимой наложницей императора, пришла в неописуемую ярость. И в этой ярости она, недолго думая, убила собственную дочь. Так она оказалась здесь, в царстве Девяти источников. Но, в отличие от прочих умерших, лиса сохранила память и способность говорить. Это было обусловлено ее лисьей природой. И еще одним важным обстоятельством. Насмешница искренне любила госпожу Манаи. И даже умирая от рук матери, она сжимала в руках предмет, который некогда их связывал. А именно нефритовые четки. Часто, предаваясь утехам, девушки использовали их. Бывало так, что они одновременно находились как внутри госпожи Манаи, так и Насмешницы, таким образом связывая их. И лиса протянула те самые бусы нашей героине. Она просила всегда помнить о ней и сказала, что четки помогут ей дойти до источника.

Я пересказываю этот фрагмент ровно так, как он описан в «Белоснежном лотосе». Многие недостойные часто подвергают его критике и осмеянию. Они смеют утверждать, что это искажает суть трактата «Сокровенное зерцало Девяти Врат». Но нет никакого искажения. Владыка Девяти Источников Хуаньинь дозволяет приближаться к источникам только своим слугам-черепахам. Но он делает это не напрямую. Он просто наделил своих слуг более сильной волей по сравнению с душами или злокозненными духами. Воля госпожи Манаи вследствие ритуала тоже была ослаблена. Но когда она получила предмет, который был напитан истинной любовью, это усилило ее. Госпожа Манаи, сжимая в руке четки, почувствовала, как по щеке её скатилась одинокая слеза. Но времени на скорбь не было. Она направилась к Девятом источнику.