Книга Красная метка, страница 52 – Арсений Либис

Меж тем вторая девушка по имени Сайин по достоинству оценила красоту и грацию её новой знакомой. В той огромной очереди желающих, Ни сильно выделялась. И своей гордой статью, и прекрасным свежим личиком. Сайин быстро сообразила, что если Ни предстанет перед господами, ни у кого в этой очереди не будет ни единого шанса. И это совсем ей не нравилось.

Сайин родилась в бедной деревушке недалеко от юго-западной границы империи. С детства она любила сказки своей слепой бабки, которая часто любила выпить рисовой браги и потом рассказывать истории о том, как простая девочка попадала в гарем к богачу, полководцу или даже самому императору. Девочка, лежа на грязной циновке и давя на себе вшей, уносилась мыслями прочь, воображая себе, что лежит на шелковых простынях, и служанки умащивают её тело ароматным маслом и поят розовой водой. Потому, едва достигнув десяти лет, Сайин сбежала из своей деревни, долго скиталась, питаясь корой с деревьев, личинками жуков или объедками.

Но все же спустя несколько лет ей удалось добраться до столицы. Тут она поселилась в самом бедном районе, что располагался у Южных ворот. Сайин не боялась браться за любую работу, а по ночам мечтала, как однажды у неё получится устроиться прислугой в какой-то богатый дом и там на неё обратит внимание хозяин этого дома. И когда она услышала от глашатая о том, что дому Киёмори требуется служанка, пришла в сильнейшее волнение. Сайин сразу побежала и принесла жертву богине удачи Бантан. А после лежала в комнатке, которую снимала, на такой же грязной циновке, как дома, и не могла заснуть от волнения. Но к утру её все же сморил сон. Разбудили девушку лучи солнца, что нещадно жгли её лицо. Сайин вскочила, в страхе всплеснув руками. Она хотела быть раньше всех у двери особняка. А для этого нужно было идти туда, едва пробьет пятая стража. Но было уже слишком поздно. Но Сайин всегда отличалась упорством. Потому она все равно отправилась на место. И чуда не произошло, несчастная девушка оказалась последней в огромной очереди. Но Сайин услышала, что госпожа Киёмори пожелала посмотреть всех претенденток. Узнав об этом, девушка вознесла мысленную молитву богине Бантан.

Однако, не успела она обрадоваться, как появилась Ни. И Сайин была очень обескуражена появлением незнакомки. Но решение быстро пришло ей в голову. Набережную улицу пересекали канавки канализации. По ним нечистоты и дождевая вода сливались в великую Уйми. Сайин, продолжая болтать с Ни, неожиданно умолкла, уставившись в канаву. Ни удивилась, спросив, что произошло. Сайин шепотом ответила, что видит, что там что-то блестит. Может, потерянный кем-то перстень. Ни наклонилась, пытаясь разглядеть, что там увидела ее новая знакомая. И Сайин со злорадным смехом толкнула несчастную прямо в канаву. Ни упала в зловонную жижу, а девушки в очереди, забыв, зачем они здесь, обступили канаву и начали смеяться. Одна из девушек и вовсе бросила в Ни недоеденную спелую хурму. Многие из них, как и Сайин, были весьма рады, что одна из претенденток выбыла из соревнования.

Ни хотела расплакаться от бессилия и унижения. Но на её щеке начала пылать огнем красная метка. Огненный гнев тенгуя наполнил её изнутри. Выскочив из канавы, грязная, растрепанная, Ни с яростным криком бросилась на обидчицу, вцепилась ей в волосы. Сайин из-за хронического недоедания в их роду была гораздо меньше и субтильней Ни. Она упала под гневным напором Ни, но сумела увлечь свою противницу следом. Девушки вдвоем упали в канаву, под хохот множества зрительниц. Но недолго им было радоваться столь потешному зрелищу. На шум прибежали стражники. А вслед в окружении слуг-телохранителей вышла сама старая госпожа Киёмори, которая выбирала новую служанку, однако вместо этого услышала странные звуки за стеной особняка. К моменту, когда слуги госпожи растолкали всех зевак, драка между Ни и Сайин уже закончилась. Перед супругой господина Манаи предстали две девушки, всклоченные, измазанные грязью, в порванных платьях. Но это зрелище неожиданно развеселило и обрадовало госпожу.