Книга Волчья ягодка, страница 125 – Виктория Рогозина

Оксана покачала головой.

— Не думаю. Он ведь и правда старается. Действиями. А это куда важнее слов.

Я на секунду замолчала, глядя куда-то за окно, где снег ложился на мокрый асфальт ровными, мягкими пластами.

— А люди вообще меняются, как ты думаешь? — спросила я тихо, не столько у неё, сколько в пустоту.

Оксана чуть улыбнулась, но в её взгляде мелькнула серьёзность.

— Наверное, да. Если есть ради кого.

Я сжала пальцы вокруг чашки, чувствуя, как тепло кофе проникает в ладони.

— Ради кого… — повторила я едва слышно.

Оксана поставила локти на стол, подалась чуть ближе.

— Видимо, ради тебя, — произнесла она мягко. — Он ведь действительно тебя ценит.

Ценит… Это слово застряло у меня в голове, будто заноза. Он и правда заботился — всегда. Мог молча взять на руки, если я болела, принести еду, просто быть рядом. И ни разу не упрекнул. Но… он никогда не говорил, что любит.

Я задумчиво провела пальцем по краю чашки, глядя, как в остывшем кофе качается слабый отблеск ламп.

— Странно, — прошептала я. — Он говорит, что я важна. Что не даст меня в обиду. Что я его. Но никогда… ни разу не сказал, что любит.

Оксана посмотрела на меня внимательно, но ничего не ответила. И в этой тишине я вдруг поняла, как сильно хочу услышать это от него. Пусть один раз. Пусть даже шёпотом.

Клиент довольно щурился, глядя на свежую татуировку — сложный рукав в насыщенных цветах, где каждая деталь будто оживала под кожей. Он благодарил меня, восхищался, говорил, что не ожидал такого результата. Я улыбалась — устало, но искренне. Было приятно видеть, что человек доволен.

Когда он ушёл, я привычно начала приводить рабочее место в порядок: убрала инструменты, протёрла поверхность антисептиком, аккуратно сложила краски и перчатки. В салоне уже становилось тихо — поздний час, почти все мастера разошлись. Я накинула куртку на плечи и направилась к выходу, мысленно предвкушая тёплый чай и мягкий плед.

Но стоило пройти холл, как раздалось знакомое:

— Подожди минутку.

Я вздрогнула. Кирилл стоял у стойки администратора, с телефоном в руке и усталой улыбкой на лице. На первый взгляд — просто разговор, но я уже знала этот его тон.

— Нам нужно поговорить, — сказал он, подходя ближе.

— Я уже закончила, Кирилл Анурович, — спокойно ответила я, стараясь не показывать раздражения.

— Вот именно. Ты закончила, а у меня накопилось. — Он усмехнулся, скользнув взглядом по моему лицу, шее, ниже. — Ты ведь понимаешь, что увольнение тебе не нужно. Я могу всё вернуть, даже прибавить. Мы ведь всегда могли договориться.

— Договориться? — я прищурилась, чуть отступая. — Я уже всё сказала.

— Ну зачем так остро, — он протянул руку, будто хотел взять за локоть, — я же не враг тебе.

Его пальцы скользнули к моему запястью, сжали сильнее, чем следовало.

— Кирилл Анурович, отпустите.

— Не прикидывайся, тебе ведь тоже не всё равно. Я же вижу, — в его голосе послышалась тягучая самоуверенность. — Не нужно строить из себя ледышку, мы можем…

— Хватит, — я дёрнула руку, но он не отпустил.

На мгновение воздух между нами будто сгустился, стал липким, неприятным. Его взгляд скользнул по моему лицу с тем самым выражением, которое я ненавидела — смесь самодовольства и желания.

— Кирилл, вы переходите границы, — холодно сказала я, пытаясь говорить ровно, хотя внутри всё дрожало.