Книга Правила случайных соседей, страница 90 – Эвелин Грин

Тишину нарушил короткий, резкий звук уведомления о входящем зашифрованном письме.

Марк нахмурился, открыл ноутбук и быстро пробежал глазами по тексту. Лера, наблюдавшая за ним краем глаза, увидела, как меняется его лицо. Исчезла мягкость, появившаяся за утро. Скулы напряглись, а взгляд стал тяжелым, ледяным и беспощадным. Это был взгляд человека, который только что нашел источник инфекции и готовился его выжечь.

— Что случилось? — Лера отложила журнал, инстинктивно прикрывая ладонью живот. — Это из клиники?

— Нет, — Марк медленно закрыл крышку ноутбука. Он встал, подошел к дивану и сел на край, беря её за руку. — Это от Игоря Валерьяновича. Начальника службы безопасности. Я просил его собрать полное досье на Андрея Смирнова.

У Леры похолодели пальцы. Имя человека, который вчера разрушил её жизнь, снова прозвучало в их безопасном пространстве. — И что он нашел? Он… он опасен?

Марк помолчал несколько секунд, подбирая слова. Он привык сообщать плохие новости родственникам пациентов, но говорить это своей беременной жене было в сто раз тяжелее.

— Он не опасен физически, Лера. Он не маньяк и не бандит. Он просто… сломанный человек, загнанный в угол.

Марк достал из кармана телефон, открыл прикрепленный к письму файл и повернул экран к ней.

На экране было две фотографии. На первой — сам Андрей, снятый скрытой камерой на улице. Он выглядел еще хуже, чем при личной встрече: осунувшийся, с землистым цветом лица, в дешевой, заношенной куртке. А на второй фотографии была маленькая девочка. Лет пяти-шести. С коротко остриженными темными волосами, большими, не по-детски серьезными глазами и тоненькой трубочкой, торчащей из вены на сгибе локтя. Девочка сидела на больничной койке, пытаясь улыбаться в объектив.

Лера непонимающе перевела взгляд на Марка. — Кто это?

— Это его дочь. Аня, — голос Марка был ровным, но в нем звучала глухая нотка. — Ей шесть лет. Полгода назад ей поставили диагноз: сложный врожденный порок сердца. Дефект межпредсердной перегородки с нарушением гемодинамики.

Лера почувствовала, как пол начинает уходить из-под ног. Шесть лет. Ровно столько было её сестре Кате, когда она утонула.

— Андрей потерял работу два года назад, — продолжал Марк, безжалостно препарируя факты. — Он пил. Жена ушла, оставив ребенка ему. Когда начались проблемы с сердцем, он потратил все сбережения на обследования. Квоту на бесплатную операцию в государственном центре им дали, но очередь подошла только на следующий год. А у девочки начались осложнения. Ей нужна операция сейчас. В частной клинике.

Марк сделал паузу, давая ей время осознать услышанное.

— Он занял деньги у людей, с которыми не стоит иметь дел, Лера. У нелегальных кредиторов. Процентная ставка — грабительская. Когда он понял, что не сможет отдать долг, ему намекнули, что за неуплату он может лишиться не только квартиры, но и дочери, которую у него заберут органы на черный рынок. Или просто покалечат.

Лера зажмурилась, чувствуя, как к горлу подступает ком. — И он… он решил, что я дам ему денег?

— Он решил, что ты дашь ему не просто денег, — Марк горько усмехнулся. — Он узнал, что ты вышла замуж за заведующего отделением кардиохирургии топовой частной клиники. Он понимал, что просто так ты ему миллионы не дашь. Поэтому он выбрал шантаж. Он хотел сломать тебя психологически, заставить чувствовать себя виноватой, чтобы ты, в панике, либо откупила его, либо… либо попросила своего влиятельного мужа пристроить его дочь на операцию вне очереди, по благотворительной квоте клиники.