Книга Как профукать праздник. Любовь в больничной палате, страница 77 – Екатерина Мордвинцева

— Умная женщина.

— Очень, — он усмехнулся. — Она бы тебе понравилась.

— Думаешь?

— Уверен, — он поставил лазанью в духовку и повернулся ко мне. — Она всегда говорила, что я слишком серьёзный. Что мне нужна женщина, которая будет меня смешить.

— А я смешная? — спросила я.

— Ты разная, — он сел напротив. — И это мне в тебе нравится.

Мы смотрели друг на друга, и я чувствовала, как между нами натягивается та нить, которая появилась ещё в больнице и стала только крепче.

— Саша, — сказала я.

— Да?

— Спасибо, что ты есть.

Он взял меня за руку.

— Я никуда не уйду, — сказал он. — Обещаю.

* * *

Ольга пришла через неделю.

Я встретила её на пороге, и она с порога обняла меня, как будто мы не виделись год, а не несколько дней.

— Ты выглядишь лучше, — сказала она, отстраняясь и разглядывая меня. — Глаза блестят.

— Спасибо, — я улыбнулась. — Проходи.

Она прошла на кухню, села за стол, и я поставила чайник.

— Как ты? — спросила она. — Не слишком тяжело одной?

— Нормально, — я пожала плечами. — Саша приходит почти каждый день. Помогает.

— Саша? — Ольга подняла бровь. — Тот самый доктор?

— Тот самый, — я почувствовала, как краска заливает щёки.

— И как у вас? — она смотрела на меня с любопытством.

— Никак, — я села напротив. — Он просто помогает. Дружит.

— Дружит, — повторила она с сомнением. — Крис, я видела, как он на тебя смотрит. Это не дружба.

— Оль, — я вздохнула. — Я не знаю, что это. Я не готова...

— Понимаю, — она взяла меня за руку. — Но ты изменилась. Я заметила это ещё в больнице. Ты стала спокойнее. Увереннее. Это он?

Я задумалась. Это он? Наверное. Но не только. Это всё, что случилось. Авария, больница, потеря, надежда. Всё это изменило меня. Сделало другой.

— Наверное, — сказала я. — Но не только. Я просто... я поняла, что не могу больше бояться. Бояться жить, бояться чувствовать, бояться, что будет завтра. Я не знаю, что будет. Никто не знает. Но я хочу пробовать.

— Пробовать?

— Жить, — я посмотрела на неё. — По-настоящему. Не откладывать на потом. Не ждать, когда станет легче. Потому что легче может не стать.

Ольга смотрела на меня, и в её глазах было что-то, что я не могла прочитать.

— Ты стала взрослой, — сказала она наконец.

— Я всегда была взрослой, — я улыбнулась. — Просто боялась это признать.

Чайник закипел. Я встала, заварила чай, поставила на стол печенье, которое купила вчера. Мы пили чай, болтали о пустяках, и я чувствовала, как внутри меня что-то оттаивает. Не всё, нет. Но понемногу.

— Он тебе нравится? — спросила Ольга, когда мы допили чай.

Я посмотрела на неё.

— Да, — сказала я. — Очень.

— И что ты будешь делать?

— Не знаю, — я пожала плечами. — Пока просто живу. Не тороплюсь. Не загадываю.

— Это правильно, — она кивнула. — Всему своё время.

Мы помолчали. За окном темнело, и в квартире стало уютно от света настольной лампы.

— Крис, — сказала Ольга.

— Да?

— Я рада, что у тебя есть он. Что ты не одна.

— Я тоже рада, — я улыбнулась. — И я не одна. У меня есть вы. Есть он. Я справлюсь.

Ольга ушла вечером. Я осталась одна, но одиночество не было пустым. Оно было наполнено тем, что случилось за эту неделю. Разговорами, фильмами, лазаньей. Его улыбкой. Его руками, которые мыли посуду на моей кухне. Его голосом, который звучал в трубке каждый вечер.